– Я согласен. – Гарик стоял в дверях гостиной, облокотившись плечом о дверной проем.
– Что? – Павел резко обернулся на звук его голоса. – И давно ты здесь стоишь?
– Достаточно, чтобы проникнуться сочувствием к лучшему другу.
– Послушай, Бэк! – Павел угрожающе насупил брови и сжал кулаки.
– Не кипятись, Па`ша. Ты уже достаточно сражался сегодня из-за прекрасной дамы. Я пришел сказать, что мы с Уилсоном отправляемся на Авангард через два часа. Девушки прибудут с Фрэнком Дюпоном. Ты летишь с нами или тебе еще потребуется дополнительная адаптация после сегодняшних приключений?
– С вами. Уверен, что я все успею.
* * *
Лида еще продолжала изредка всхлипывать, когда в дверь настойчиво постучали.
– Я открою, Лидуся. А ты лучше загляни в зеркало, и наведи порядок на лице, у тебя уже глаза опухли.
Саша ушла открывать. Подойдя к зеркалу, Лида провела пальцем по его гладкой поверхности. Ей хотелось зачеркнуть отражение несносной девчонки, смотревшей на нее оттуда. Что же она натворила! Неужели она сама уничтожила собственную мечту? Ведь она стремилась к этой встрече чуть ли не через всю Вселенную! Лида шумно втянула носом воздух, чтобы подавить новую волну слез. Что же она привезет из этого путешествия? Разбитое сердце и загубленную мечту? Теперь она не посмеет даже пытаться изобразить Спотти. А Павел? Должно быть, он и вовсе, считает ее совершенно непутевой. Ей уже никогда не заслужить его одобрения. И уже никогда не сбудется ее самое большое желание: вот она завершает лучший рисунок за все прошедшие годы, в который вложено столько чувства, столько эмоционального содержания, что нарисованный зверь кажется абсолютно реальным, и смотрит с холста точно так же, как тогда у озера. К холсту подходит Павел и, восхищенно глядя на изображение леопарда, признает, наконец, что она – настоящий художник, мыслящая и цельная личность. Хотя, себе самой она может признаться, что, если бы он любил ее, хотя бы чуть-чуть, тогда ей было бы даже необязательно, чтобы он признавал ее, как художника. Ей было бы достаточно его любви. Но это уж совсем из области фантастики. Александра права, как обычно. Нельзя так раскисать, нужно привести себя в порядок. Лида поправила сбившиеся пышные рукавчики платья, провела расческой по волосам, промокнула салфеткой нос. Что-то Саша застряла в гостиной?
Выйдя из спальни, Лида увидела, что в комнате никого нет. Снаружи слышались негромкие голоса. Подойдя к окну, она обнаружила, что Павел пытается убедить в чем-то Александру, а та активно отнекивается и машет головой. О чем это они?
– Поверь, Шурик, так будет лучше. Тем более что никакого другого варианта я ей все равно не оставлю. Я прямо сейчас заставлю ее собраться, и мы вместе отправимся на Авангард. И не пытайся уверить меня, что больше она не ввяжется ни в какую историю. Я забираю ее сейчас же.
– Ты не можешь так поступить, Павел! – Саша резко качнула головой в знак своего несогласия. – Лида очень расстроена, и она нуждается в моей поддержке.
– Больше всего она нуждается в хорошей порке!
– Да ты просто бесчувственный деспот! Она так мучается и казнится, а ты не хочешь этого замечать! Я ни за что не оставлю ее с тобой!
Саша так яростно защищала подругу, что Павел решил сменить тактику.
– Послушай, Шурик, ну неужели ты думаешь, что я способен причинить Лиде какой бы то ни было вред, после того, как собственноручно вытащил ее почти из тигриной пасти? – Не услышав от Саши возражений, он поспешил утвердить свою правоту. – И, к тому же, нам было бы полезно вдвоем обсудить произошедшее и сделать кое-какие выводы. Ведь так? – Поняв, что его собеседница в некотором замешательстве, Павел решил выдать самый главный аргумент для убеждения стажера, – Кстати, в связи со всеми последними передрягами, я мог бы уступить тебе завтрашнее дежурство в блоке управления.
– Ах, вот как? – Сашины глаза-рыбки превратились в щелочки, и ни чего хорошего это не предвещало. – Ты хочешь подкупить меня? Вот уж не ожидала, что ты прибегнешь к таким низким методам!
Голос Александры звучал уже достаточно громко. Кроме того, в обрывках фраз Лида несколько раз услышала свое имя, поэтому она решила вмешаться и поспешно вышла из домика.
– Что здесь происходит? О чем вы спорите? – спросила она, подходя.
– Ничего особенного, Лидуся, – Саша постаралась взять себя в руки. – Просто Павел отчего-то решил, что имеет право распоряжаться, где, кому и когда находиться. А я пыталась объяснить ему, что он заблуждается.
Обернув к Лиде мягкий, ласкающий взгляд синих глаз, Павел вкрадчивым голосом произнес: