Лорана вскочила, забыв обо всём.
— Я сейчас же к нему пойду. Пожалуйста, проводи меня!
— Уже слишком темно, даже я не уверен, что найду дорогу.
— Но ему нужна бакта!
— Он продержится до утра. — Голос клона стал мягче. — Я даже натаскал еловых веток, устроил ему постель. Он сказал, что огонь сможет разжечь и сам.
Лорана через силу улыбнулась.
— Спасибо, Тэм.
— Тэм? — озадаченно переспросил клон. Лорана смутилась.
— Прости, я имела в виду "ТМ", но если тебе нравится когда тебя так называют, я могу…
Клон задумался и кивнул.
— Да. Мне нравится. Спасибо, генерал Жинзлер.
Лорана снова покраснела, на этот раз от незаслуженного повышения по службе. Клон просто привык называть всех джедаев генералами, он точно не пытался ей польстить.
Но ей приятно было, что Тэм не бросил Трасса, хотя она ни о чём не просила его.
Ей очень не хватало друзей в этом новом мире, и Трассу тоже, хоть он и злился. Она знала это.
***
Она до сих пор не могла привыкнуть к мысли, что эта планета её новый дом: туманы по утрам, шорохи ночных животных во тьме, тоскливые птичьи крики на закате. Палаточный лагерь, окружённый силовым полем, и колонисты всех рас: серьёзные, работящие люди, хоть и надломленные навсегда тем, что произошло.
Они работали, делая то, зачем летели, и, кажется, привыкли к новому… но Лорана не могла. Теперь она отчётливо понимала, что не готова была для этой миссии, и всё время лелеяла надежду, что они с учителем просто проводят колонию и вернутся… как-то вернутся на Корусант, в цивилизацию.
Даже теперь эта надежда не угасла, и Лоране казалось, что лишь Трасс, оказавшийся тут по-ошибке, понял бы её. Но когда она тайком, по координатам Тэма, пришла в пещеру у реки, её уверенность пошатнулась.
В пещере никого не было. Одеяло, брошенное на постель из еловых лап, аккуратно сложенная одежда, брикеты рационов, след костра… и капли крови на камнях. По каплям она и нашла его в реке, там, где древесные корни и скала образовали маленький затон.
Он дрейфовал на поверхности, закрыв глаза, держась рукой за корень, чтобы не снесло течением. Его длинные, иссиня-чёрные волосы легли на воду как нимб, и маленькие светлые листочки успели засыпать их, засыпать его всего, как цветочные лепестки.
Он был совершенно обнажён, и в первую секунду Лорана не поняла этого, любуясь тем, как его синяя кожа словно сливается с зелёной водой… но когда заметила, тут же отвернулась и закашлялась, привлекая к себе внимание.
— Трасс… добрый день.
Она услышала всплеск и звенящее молчание. Но, справившись с собой, он всё-таки ответил.
— Лорана Жинзлер. Добрый день.
В его голосе не было ни радости ни злости. Просто холодное свидетельство того, что он заметил её.
— Да, я принесла бакту и ещё кое-что… вы не простудитесь в реке? Вода, должно быть, холодная.
— Я чисс, для меня это не холод. К тому же так легче переносить боль.
Зашуршала ткань, — Лорана догадалась, что это он снял одеяло с куста, но не повернулась.
— Простите за это, они не должны были… я не думала, что они захотят вас убить. Вы были правы, это варварство!
— Варварство, но вполне ожидаемое. Мне непонятно только одно: почему вы не с ними?
Лорана прикусила губу. Ей казалось, что всё было понятно: несправедливо бросать того, кто ничего плохого не сделал. И после всего, что они пережили вместе, она считала его своим другом.
Но на корабле Трасс был другим.
— Джедаи не выбирают сторон. Мы храним мир, — сказала она, но больше чтобы выгадать время, обдумать всё.
Трасс обошёл её, закутанный в одеяло как в плащ, нашарил у корней шпильки. Он хромал, и наклонялся с трудом, правая половина лица опухла, пошла лиловыми пятнами. Ему снова приходилось смотреть на неё сбоку, чтобы не поворачиваться.
— Я не знаю, кто такие джедаи, но сейчас вы не какая-то третья сила. Вы одна из них, и если пойдёте против сообщества, кончите как я.
Он повернулся изуродованной стороной. Лорана видела и хуже, но оценила эффектность жеста.
— Я просто поступаю как правильно. Душевные раны тоже заживают; люди поймут, что были неправы, и примут вас…
— Это не то, чего я хотел бы.
Лорана редко злилась, но сейчас вспыхнула от гнева. Что за гордец! На корабле он показался ей открытым и честным, готовым пожертвовать жизнью ради правильного поступка. Он сказал, что уважает её! А этот человек… чисс… казалось не пошевелил бы и пальцем если б её прямо сейчас раздирали хищники.
— Я оставила сумку в пещере, — холодно произнесла она. — Это часть из моей доли припасов, им вы за неё ничего не должны. Если вдруг вас это беспокоит.
— А вам?
— А мне — тем более. Это гуманитарная помощь.