Карен сунула руку в карман и достала блестящий телефон, похожий на тот, что мне подарил Мэддокс.
— О, верно, — рассмеялась она.
Эзра покачал головой.
— Не знаю, почему мама не доверяет мне, — обратился он ко мне.
— Может, потому что ты лгал, когда тебе было десять, — хмыкнул Мэддокс, отодвигая для меня стул и присаживаясь рядом со мной.
— Это было девять лет назад, — смутился Эзра. — Ей следовало восстановить веру в меня.
— Она стоит прямо здесь, — откликнулась мама, ставя на стол блюдо с запеканкой.
— Прости, — Эзра опустил голову. Хоть ему уже было девятнадцать, он явно уважал свою маму и вел себя в ее присутствии, как маленький мальчик.
Она закончила расставлять блюда на столе и к тому времени, как села за стол, в доме раздался громкий мужской голос.
— Простите, я опоздал!
Я увидела высокого, красивого мужчину, входящего в комнату. На нем был надет хороший костюм. И когда я говорю «хороший», я подразумеваю по-настоящему хороший костюм. Темные волосы коротко подстрижены, среди них виднеются несколько прядок седых волос, а лицо гладко выбрито.
Мужчина вздрогнул, когда увидел меня, поставил портфель у арки на пол. Ослабил галстук и улыбнулся.
— Я не знал, что у нас гости. Я — Пол, — мужчина протянул мне руку.
— Эмма, — ответила я, приняв его руку.
Он ласково улыбнулся и посмотрел на Мэддокса.
Парень заерзал на стуле, но ничего не сказал.
— Смею предположить, что она не просто так с улицы забрела… — Пол замолчал, ожидая реакции Мэддокса.
Могу поклясться, что он покраснел, но я едва заметила это.
— Она — моя девушка.
— А я-то думал, что ты нам все рассказывал, — Пол похлопал Мэддокса по плечу, направляясь к жене, что сидела во главе стола. Мужчина наклонился и поцеловал ее в щеку, прошептав что-то на ухо. Занял пустое место напротив нее и обратился к Мэддоксу. — Я всегда знал, что ты первым попадешься.
Эзра фыркнул.
А Мэддокс попытался скрыть улыбку.
Я чувствовала себя так, словно что-то пропустила.
— Простите, — я непонимающе смотрела на Пола, Эзру и Мэддокса.
— Я всегда знал, что Мэддокс влюбится первым, — с легкостью ответил Пол.
Если бы у меня во рту была вода, я бы ее выплюнула.
— Что? — ахнула я.
Пол пожал плечами.
— Просто говорю, что вижу.
Уверена, что стала бледной, как Каспер — дружелюбное приведение.
Любовь?
Мэддокс не любил меня.
Это невозможно.
Мы знакомы всего месяц. Этого недостаточно, чтобы влюбиться.
Я сидела, качая головой. Мой аппетит внезапно улетучился.
Мэддокс простонал рядом со мной.
— Спасибо, папа. Ты пришел и напугал ее до смерти, — посмотрел на меня. — Дыши, Эмма.
Дышать? Как это?
О, точно, это когда вдыхаешь кислород.
— Она же не упадет в обморок? — прошептал Эзра. — Может, брызнуть на нее водой? Кажется в фильмах именно так и поступают в подобных ситуациях.
— Заткнись, — рыкнул Мэддокс. — Эмма, — он приобнял меня за плечи и повернул к себе. — Пожалуйста, перестань накручивать себя.
— Накручивать? — выдохнула я. — Я не накручиваю.
Парень напряженно выгнул бровь.
— Ладно, хорошо, — призналась я. — Немного.
— Вот, — он протянул мне стакан с водой. — Выпей. Это поможет.
На самом деле я понятия не имела, как это поможет, но готова была использовать любое средство, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Я делала медленные глотки холодной жидкости и это действительно помогало.
Как только я успокоилась, Карен кашлянула.
— Где Матиас? — спросила она. — Он к нам не присоединится?
Она смотрела на пустое место рядом с Эзрой.
— Он в своей комнате в приступе очередного недовольного настроения, — проворчал Мэддокс.
— О, — пробормотала Карен. — Тогда я отложу ему порцию. — Сменив тему, женщина обратилась ко мне. — Итак, Эмма, ты осенью поступаешь в колледж?
— Нет, — я покачала головой. — Перехожу в старшую школу.
Она улыбнулась.
— Замечательно. Последний год в средней школе был моим любимым. Тогда я познакомилась с Полом, — она указала вилкой на мужа.
— Правда? — спросила я, подавляя желание рассмеяться, когда Мэддокс разложил еду по нашим тарелкам. — Так вы влюблены со школьной скамьи?
— Да, — Карен задумчиво улыбнулась.
Я переводила взгляд с Карен на Пола. Между ними до сих пор была любовная нить, даже спустя долгие годы. Это придавало мне уверенности, что любовь до гробовой доски существует.
— Чем занимаются твои родители? — тряхнула головой Карен и снова обратилась ко мне.