Я двигалась дальше, и моя «охота» продолжалась, превращаясь в извращённый квест. В отделе одежды мой взгляд зацепился за строгий, почти корсетный корсет-топ из плотного хлопка. Не украшение, а функциональный предмет. Он выглядел так, будто должен был плотно облегать тело, слегка стягивая, ограничивая, напоминая о себе с каждым вдохом. Я прикинула его размер и, убедившись, что вокруг никого нет, на секунду прижала его к груди, представив это ощущение постоянного, умеренного давления. Тесное платье на размер меньше? Нет, слишком очевидно. А вот этот топ… он был идеален. Я аккуратно положила его в тележку, прикрыв сверху безобидными овощами.
Потом были туфли. Не те, на шпильке, от которых болят ноги, — это банально. А изящные лодочки на идеально ровном, но жёстком и негнущемся каблуке. Такие, в которых нельзя расслабиться, в которых нужно постоянно держать мышцы в тонусе, ощущая каждую секунду их ношения. Маленькая, непрекращающаяся дисциплина для ступней.
Даже в отделе со специями я нашла свой «инструмент». Маленький пузырёк с перцем чили экстра-остроты. «Для смелых гурманов», — гласила этикетка. Я улыбнулась. Я представила, как крошечная щепотка этой огненной пыли может превратить самый простой ужин в испытание, в борьбу с самим собой, в преодоление, где наградой будет эндорфиновый прилив и чистое, выжженное ощущение.
Потом были прищепки для белья. Обычные, деревянные. Я перебрала несколько штук, проверяя пружинку. Тугая. Очень тугая. Если защелкнуть такую на коже, сначала будет просто давление, а потом — нарастающая, пульсирующая боль. Я бросила упаковку из десяти штук поверх перчаток и мочалки.
Я проходила мимо стеллажа с кухонными принадлежностями, и мой взгляд зацепился за разделочные доски. Тяжелые, из цельного бамбука. Я провела ладонью по гладкой, но неумолимо твердой поверхности. Удар такой доской о мягкое место оставил бы не синяк, а долгое, глубокое, ноющее воспоминание. Я отвернулась, чувствуя прилив жара к лицу. Это было уже слишком. Слишком явно.
Чтобы успокоиться, я направилась в отдел текстиля. Здесь пахло чистотой и крахмалом. Я перебирала простыни, ища не самый мягкий сатин, а самый прохладный, почти шершавый лен. Такое белье будет раздражать обнаженную кожу, не давая забыть о своем существовании ни на секунду. Я выбрала комплект постельного белья цвета сланца.
Наконец, мои ноги сами принесли меня в отдел спортивных товаров. Я остановилась перед стойкой с массажными роликами. Не гладкими, а с ребристой, словно покрытой шипами, поверхностью. «Для глубокой проработки мышц», — гласила этикетка. Я представила, как этот рифленый валик давит на уставшие мышцы бедра или спины, вызывая не расслабление, а сладкую, пронизывающую боль, за которой последует долгожданное онемение. Я взяла самый внушительный из них.
Моя тележка постепенно наполнялась. Снаружи это выглядело как набор самых обычных товаров: мочалка, новый топ, туфли, простыни, острая приправа. Но для меня это была коллекция ключей. Ключей к дверям моих собственных ощущений, к тому, чтобы снова почувствовать тот острый, болезненный восторг, что подарил мне его взгляд и прикосновение кольца. Это были мои личные, завуалированные тренировки. Способы проверить свои границы, напомнить себе о том, кто я есть на самом деле, втайне от всех.
Подойдя к кассе, я снова почувствовала лёгкий укол паранойи. А что, если кассир что-то поймёт? Увидит в этом наборе какую-то систему? Но девушка просто пробивала товары с безразличным видом, её мысли были где-то далеко. Для всего мира я была просто девушкой, закупающейся на выходные.
Я вышла из гипермаркета с двумя тяжёлыми пакетами. На площади уже совсем стемнело. Я остановилась, делая вид, что проверяю телефон, и бросила быстрый взгляд вокруг. Ничего. Никаких подозрительных фигур. Никакого пристального взгляда. Может, это и правда была паранойя?
Но, забирая такси и глядя на удаляющиеся огни «Метрополиса», я поняла, что это не важно. Реальным было преследование или нет, я провела собственную игру. Я собрала арсенал для своих будущих, тайных битв с самой собой. И теперь, сжимая в кармане его шёлковый платок и думая о содержимом своих пакетов, я чувствовала не страх, а томительное, тревожное ожидание. Завтра был выходной. И у меня теперь были планы.
Подойдя к своему дому, я на мгновение остановилась у подъезда, делая вид, что ищу ключи, а сама бросила последний быстрый взгляд на темную улицу. Ничего. Тишина и пустота.