– Все в порядке, зато больше не будут ночевать возле моего клуба! – смеется девушка. Она стоит слегка согнувшись и держась за живот, видимо, получила удар от того бомжарика.
Она поднимает на меня снова глаза и пристально смотрит с усмешкой.
– Ты думаешь, это смешно? Подвергать жизнь опасности, это смешно? – тут же вспыхиваю. Она точно такая же, каким был мой старший брат. Такая же безрассудная!
– Тебе этого не понять. – отводит глаза Лада и тяжело вздыхает.
– Ты меня удивляешь. – качаю я головой, – Зачем ты связываешься, какое тебе дело, где эти люди спят?
– Это не люди! – Лада поднимает на меня взгляд и смотрит сурово. – Ненавижу бомжей!
Она какое-то время молчит, а потом добавляет более тихим голосом:
– Такие, как они, убили мою маму… И всю жизнь мне приходилось бороться с ними, чтобы выжить. Поверь, это не люди.
– Давай я отвезу тебя домой. – я быстро осматриваю ее на предмет порезов. Признаков кровотечения нет, но лицо выглядит слегка припухшим, видимо, тот мужик врезал ей по лицу.
– Почему ты мне помогаешь? – спрашивает она, облокотившись на мое плечо.
Я не отвечаю. Сам не знаю ответа на этот вопрос. Просто есть в этой девчонке что-то удивительно располагающее, какая-то беззащитность и вместе с тем, некая внутренняя сила. Меня почему-то тянет к ней. Возможно, она напоминает мне брата, со смертью которого я так до сих пор и не смирился.
– У тебя что-то болит? Он тебя сильно ударил? – спрашиваю я, проигнорировав ее вопрос.
– Жить буду. – отзывается девушка. – Не в первой.
Я вздыхаю и, поймав такси, везу ее домой.
– Я сама дойду, спасибо… – говорит она, когда я пытаюсь помочь ей подняться в подъезд.
– Да, мне несложно. Ты же еле идешь. Как ты будешь завтра танцевать?
Она только ухмыляется, посмотрев на меня так, словно я сморозил какую-то чушь.
Подозреваю, что для нее не в новинку попадать в подобные ситуации. Она, судя по ее рассказам, с рождения скитается по улицам.
Сегодня девушка не выглядит такой крутой, как всегда. Я словно вижу ее с другой стороны и она мне еще больше напоминает моего погибшего брата.
– Ты не одна живешь здесь? – спрашиваю я, осматривая маленькую квартиру, которая выглядит так, словно здесь провели генеральную уборку.
Возможно, с ней живет ее муж или парень, и меня это, в принципе, не касается. Хотя я ловлю себя на мысли, что мне почему-то неприятна мысли, что у нее кто-то может быть.
– Я живу с приятелем, но его сегодня нет дома, он сказал, что будет ночевать у своей девушки. – говорит Лада и предлагает мне сесть на диван. – Кофе будешь?
– Не откажусь. – улыбаюсь я.
Надо отдать должное, кофе в ее исполнении поистине настоящее кулинарное искусство!
– Так что там в итоге произошло? – спрашиваю я, поставив пустую чашку на стол.
Внезапно дверь спальни открывается, и я вижу заспанное лицо соседа Лады.
– Черт, ты что, опять с бомжами подралась? – Парень подходит к Ладе с недовольным видом осматривает ее.
– Да, там особо агрессивный поселился, не понимает с первого раза. – отмахивается Лада. – Погнался за мной с ножом, придурок.
– Еще бы! – начинает смеяться парень. – Ты же в прошлый раз сожгла все их манатки, пока они спали.
Я с ужасом смотрю на Ладу, неужели она и правда сделала это? Чем больше я ее узнаю, тем больше она ввергает меня в шок.
Может быть, зря я вообще связался с этой странной особой, кажется, что она может быть опасна… У нее ведь явно с башкой не все в порядке, раз творит такие вещи!
– Меня зовут Максим. – представляется парень и протягивает руку. – Вижу, вам уже предложили кофе?
– Давид. – представляюсь я. – Очень приятно. И можно сразу на ты.
– Максим, прости, мы тебя разбудили. – Виновато бормочет Лада. – Я думала, что ты сегодня не ночуешь дома.
– Забей, мы с моей снова разошлись, я вчера познакомился с новой девушкой, потом расскажу.
Парень слегка мнется, видимо рассчитывая на продолжение разговора, а затем понимает, что тут совсем не весело и, извинившись, удаляется обратно в спальню досматривать сны.
– Ты чего на меня так смотришь. – косится на меня Лада, заставив смущенно отвернуться.
– Да так, до сих пор не могу поверить в ваше сходство с моей племяшкой. Как близнецы. – опускаю глаза, чтобы не выдавать своего волнения.