Мне будто специально дали спальню рядом с его, чтобы я слушала весь этот ужас, который творился в его комнате. Эти дни я была в отвратительном состоянии, благо что Салли была со мной часто на связи и благодаря подруги, я не сошла с ума.
Стефано будто нарочно держал дверь приоткрытой.
Будто знал, что я всё слышу.
Его низкий, рваный выдох.
Женские стоны, слишком громкие, слишком театральные.
Шлепки.
Глухие удары о стену.
Иногда он говорил грубые фразы на итальянском — я не понимала слов, но понимала интонацию.
И она забиралась под кожу, в живот, между бёдер.
Я ненавидела его.
Но ещё больше — ненавидела себя за то, как мокро становилось внутри, когда он в очередной раз заставлял кого-то кричать его имя.
Утро его дня рождения пахло кофе, морем и грехом.
Я спустилась на кухню — и замерла.
Он стоял у окна.
Чёрная рубашка расстёгнута на три пуговицы.
Шея с лёгкой утренней тенью.
Волосы растрёпаны, будто его только что рвали в постели.
Он посмотрел на меня медленно — как мужчина, который знает, что я всю ночь слышала, как он дерет своим членом девушку.
— Доброе утро, Маленa, — голос низкий, хриплый.
Я хотела сделать шаг назад, но он оказался быстрее.
Рука на талии.
Тёплая ладонь, горячее дыхание.
Он не просто приблизился — он обвил меня, как хозяин обвивает украденное.
— Жёлтое? — его пальцы провели по ткани платья. — Очень… провокационно, tesoro.
Бабушка щёлкала нас на телефон, счастливая, ничего не понимая.
— С днём рождения, — выдохнула я и протянула подарок.
Он взял его, но пальцы скользнули по моей ладони, прошлись по запястью и чуть не замкнули мне пальцы обратно на коробку.
— Спасибо, — сказал он, наклоняясь. — А где настоящий подарок?
— Какой… настоящий?
Он легко коснулся моих губ пальцами, заставив меня замолчать.
— Тот, который ты хочешь подарить… но боишься даже подумать об этом.
У меня подкосились колени.
И когда он поцеловал меня в щёку — долго, медленно, сдвигая губы чуть ниже — я едва не застонала.
Его дыхание коснулось моей шеи.
— Сладкая… не дрожи так. Это только начало дня. Я бы очень хотел, чтобы ты положила под мою подушку свои влажные трусики.
«Он сошел с ума…» — подумала я и ринулась к себе в спальню, где опустила пальцы в трусики и нащупав возбужденный эпицентр начала теребить его и застонала, скатилась по стенке, чувствуя, как каждая мышца тела расслабляется и каждая нервная клетка наполняется удовольствием, я прикрыла глаза и улыбнулась.
Не знаю как, но после случившегося, я уже бежала в коридор — и ноги сами привели меня к его спальне.
Я не думала.
Я не дышала.
Я просто вошла.
В комнате пахло с*ксом, кожей, его телом.
Простыня смята. Ремень брошен на кровати.
Я стянула трусики и положила свой маленький подарок под подушку — дерзость, которую он поймёт.
Хотела уйти.
Но дверь закрылась.
Глухо.
Резко.
Он стоял у выхода, руки в карманах, лицо опасно спокойное.
— Любопытно, — сказал он мягко. — Я ничего не слышал. Ты — кошка.
Он подошёл, медленно, как хищник.
Остановился вплотную.
Так близко, что я чувствовала теплом каждую линию его тела.
— Зачем ты здесь, Малена?
Я молчала.
Он провёл пальцем по моему виску, по щеке, задержался у губ.
— Или ты хочешь, чтобы я сам угадал? — его усмешка была грехом. — Ты оставила мне… маленькую тайну?
Он подошел к подушку, заглянул под нее и тихо рассмеялся, низко, с хищной нежностью.
— Ты играешь с огнём. — Он поднял взгляд. — Со мной. Мне понравилось, что ты учла мою просьбу. — Он приложил ластовицу трусиков к своему носу и вдохнул мой аромат. Низ моего живота так свёл в тугой узел, что я даже не могла ровно стоять.
— Это изысканный аромат самого дорогого парфюма. —Проговорил он и поцеловал мои трусики и вернул их под подушку. — Хорошая девочка.
Он приблизился к моему уху.
— Это меня заводит.
Я почувствовала, как он слегка касается губами моей ушной раковины. Едва-едва. Но я вся взорвалась внутри.
— Стой… — прошептала я, потому что тело переставало слушаться. — Пожалуйста…
Он отстранился всего на пару сантиметров, так что наши рты всё ещё делили один воздух.
— Попроси ещё раз, — тихо. — Мне нравится, как ты это делаешь.
Я зажмурилась.
Если бы он коснулся меня — хотя бы кончиками пальцев — я бы потеряла контроль.
— Пожалуйста… — выдохнула я.
Он улыбнулся своим тёмным, опасным ртом.
— Ты даже не представляешь, что именно просишь, tesoro.