— Конечно, пойдёшь, — усмехнулась она. — Тебе девятнадцать, ты студентка Бостонского университета, и за все эти годы ты так и не позволила себе ни одного нормального приключения. Пора исправляться.
— Смотря, что ты называешь «нормальным».
Салли закатила глаза:
— Флирт, поцелуи, может — немного безумия.
— Безумие — это твоя специализация, — ответила я, подхватывая сумку. Ведь Салли лишалась девственности с первым попавшим парнем в клубе. Подруга была отбитой на всю голову, ей было все равно на чувства, романтику и так далее. Ей было важно перейти эту границу и стать взрослой. Хоть и она встречалась потом с тем парнем, но это продлилось недолго. Они разошлись. Салли о нем даже и не вспоминает.
Подруга не понимает, что я не могу быть такой легкомысленной, как она. Мне хочется любви.
У ворот университета нас уже поджидала компания парней.Главный, Трэвис, был типичным альфа: уверенный, нахальный и до безобразия красивый. Он всегда смотрел на меня так, будто считал своей добычей. Но, я всегда ему отказывала.
— Солнце моё кудрявое, — ухмыльнулся он, скользя по мне взглядом. — Опять делаешь вид, что не замечаешь меня? Ты снова хочешь скрыть от меня свои влажные трусики?
— Не делаю вид, Трэвис. Я действительно тебя не замечаю. Но, если ты хочешь от меня снова мои влажные трусики, я не против отдать тебе их.
— Больно слышать такое от девушки, чьи волосы снятся мне по ночам, сказать тебе честно у меня встает на твои кудрявые волосы. — фальшиво вздохнул он. — Я не против забрать твои трусики, у меня уже целая коллекция.
— Закрой свой рот! И прекрати говорить про мои волосы, идиот! - Выругалась я, ее крайней бесило то, что все делали акцент на ее красивые, кудрявые волосы, которые отдавали золотым отливом. Она была златовласой, но, до ужаса не любила свой цвет волос...
— Вот так, малышка. Покажи ему, где его место. — сказала Салли.
— Она бы показала, если бы захотела, — усмехнулся Трэвис. — Но, боюсь, я бы потом не пережил. — Ладно, ладно, прости грешника. - Поднял он руки, - отдай мне пожалуйста твои трусики, я обещаю вернуть их.
— И когда же вернешь? У нас каникулы! Когда сможешь отправить мне их?
— Я привезу тебе их лично, не переживай.
— Хорошо, только не забудь постирать их... - Хихикнула я и приподняла край юбки, потянулась за резинку трусиков, я их стянула и передала парню, на что он при всех приложил ластовицу к своему носу и вдохнул мой аромат возбуждения... — О, да! — Закатил он глаза, — ты просто настоящая ведьма!
— Не забудь вернуть их, Трэвис!
— Можно мне излиться в них? - Крикнул он мне вслед, на что я показала ему средний палец. Он подмигнул и пошёл прочь, а я сделала вид, что мне всё равно. На деле — внутри всё горело. Не от него. От самой жизни. От предвкушения.
— Ты — ходячая катастрофа, — сказала Салли, когда мы шли по кампусу. — Но я тебя обожаю за то, что ты чокнутая! И вообще, ты конченная извращенка! Как ты могла отдать ему свои трусики?
— Взаимно, — улыбнулась я. — я не жадная. Мне нравится осознавать, что есть парень который вдыхает аромат моих трусиков, перед тем, как излиться. — я рассмеялась. И если мы сегодня не утонем в шампанском, значит, живём неправильно.
— Вот это настрой! — Салли щёлкнула пальцами. — Скажи ещё раз, что тебе девятнадцать, и ты готова к приключениям.
— Мне девятнадцать, — сказала я, — и я чертовски готова.
***
К вечеру я вернулась домой.Белый особняк семьи Монтель стоял, как обычно, в тишине, где под кожей прятался хаос.
— Кто-нибудь дома? — крикнула я, переступая порог.
— Здесь, — отозвался отец из гостиной. — Мама опять заперлась наверху, говорит, что у неё «нервное выгорание». Я зачастую даже и не знаю, что с ней сделать, она не подается лечению.
— Снова?
— Снова, — сухо ответил он и отхлебнул кофе.
Мама, Лорен Монтель, когда-то была юристом, но давно оставила карьеру. Отец, Густав, — психолог, который знал всё о чужих проблемах, но понятия не имел, как решить свои. Они были красивой, умной и абсолютно разрушенной парой. Я прошла на кухню, взяла зелёное яблоко и села на подоконник.
— Ты выглядишь усталой, — заметил отец.
— Просто день длинный.
— В ОДНУ ПРЕКРАСНУЮ НОЧЬ Я ВОНЖУ НОЖ ТЕБЕ В СПИНУ, ГУСТАВ! — Выкрикнула мать, выходя в коридор на втором этаже.
— Не думаешь, что я сделаю это раньше? — Фыркнул отец
— А для чего ты мне нужен? Что ты умеешь, кроме как засовывать свой отросток в каждую дырку? — Кричала она, — Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!