— Мисс Монтель, живо к ректору! Вы отчислены! — Кричал он.
Но, меня конечно же никто не отчислил. Я выиграла спор. В общем, я была очень азартной девушкой. И конечно, я была далека от учебы, в голове было только развлечения.
Мне везло, что родители всегда были заняты работой и делами, им не было до меня времени, поэтому они и не знали, что я часто прогуливала пары. Отношения у нас с ними были нейтральные, каждый жил для себя и в свое удовольствие. Конечно, родители думают, что я тихая, правильная, почти ангел. Они не знают, что под этим милым личиком прячется маленький демон, которому скучно жить по правилам.
Я знала, что была через чур грешна, часто смотрела фильмы для взрослых, я была от них зависима. И не буду скрывать, что однажды подглядела за своими родителями. Я всегда фантазировала о взрослом мужчине, не знаю почему, но мои ровесники меня не привлекали. Я верила, что этим летом я смогу встретить того самого, кто сможет отобрать мою грешную душу.
А сегодня — воскресенье.
День, когда я надеваю белое и делаю вид, что святая.
— Малена, ты собралась? — Мама стояла у двери, уже наряженная, с легким запахом духов. Как видите она снова пришла в себя и как будто вчерашней ссоры с отцом не было. Я не удивлена, потому что ночью опять скрипела бедная кровать, а мои уши обливались кровью от её стонов. Но, я понимала, что лучше слушать это, чем её крики и слезы.
Я повернулась к зеркалу, провела рукой по волосам и кивнула:
— Почти.
На мне было короткое белое платье, открывающее плечи и слишком многое намекающее.
Мама нахмурилась:
— Это платье слишком откровенное. Мы же идём в церковь, а не на вечеринку.
— Мам, — улыбнулась я, — Бог любит всех. Даже тех, кто умеет красиво грешить.
В комнату заглянул отец — в идеальной рубашке, вечно собранный, вечно правильный.
— Я бы тоже попросил тебя переодеться, Малена.
— Густав, — повернулась я к нему, — если я приду в мешке, Господь не услышит меня лучше. Пусть видит меня такой, какая я есть.
Он вздохнул, но промолчал.
Через полчаса мы уже ехали по тихим улицам. За окном мелькали старые дома, солнце отражалось в стекле, а я думала, что понятия “правильная” и “живая” — это не одно и то же.
Перед входом в церковь меня уже ждала Салли — как всегда, в мини и с выражением “мне всё можно”.
— Ты выглядишь не по-божески, — усмехнулась она, оглядев меня.
— Кто бы говорил, — парировала я, заметив, что под её лёгкой блузкой нет ничего лишнего.
— Я не ношу бюстгальтеры. Бог создал нас свободными.
— Ты точно попадёшь в ад, — сказала я, и мы обе тихо рассмеялись.
Мы заняли последние места. Хор запел, воздух наполнился ладаном, а я… не могла отвести взгляд.
Он стоял у алтаря. Святой сын Август. Высокий, с правильными чертами лица, словно сошедший с мраморной статуи. Глаза цвета кофе, в которых можно утонуть, если задержишь взгляд дольше секунды. Он был моим соседом, но никогда не обращал на меня внимание.
Он говорил спокойно, уверенно, и каждое слово будто проходило сквозь кожу.
Я не слушала смысл — я слушала голос.
— Теперь я поняла, для кого ты так оделась, — прошептала Салли.
— Он даже не смотрит в мою сторону.
— Хочешь пари? Подойдёшь к нему после службы — и я плачу за ужин.
— Пятьсот баксов и десерт.
— Договорились.
После службы нас окропили святой водой, люди расходились, а я заметила, что Август вышел во внутренний сад. Мать заговаривала с прихожанами, отец что-то обсуждал с пастырем — идеальный момент.
Я тихо выскользнула наружу.
Август стоял у фонтана, перелистывал книгу. Солнце пробивалось сквозь листву, играло на его волосах, и в этот момент он казался почти нереальным.
— Эм… здравствуйте, — выдохнула я.
Он поднял взгляд, и всё внутри меня будто оборвалось.
— Малена, да?
— Вы знаете моё имя? — Я очень удивилась.
— Конечно. Твоя мать просит молиться за тебя каждую неделю.
— И помогает?
Он улыбнулся.
— Думаю, да. Раз ты сегодня здесь.
— Я здесь потому, что меня заставили, — сказала я честно.
— Иногда дорога к Богу начинается именно так, — ответил он.
— А если я не ищу Бога? — Я сделала шаг ближе. — А ищу себя.
— Тогда будь осторожна, — тихо сказал он. — В поисках себя легко потерять душу.