Кофе в постель – это замечательно. Но наш разговор мне сильно не нравится.
- И ты поверила этому козлу? – усмехнулся Илья. – Тами, у меня два высших образования, одно из них юридическое. Но если ты не веришь мне, я найду человека, которому ты поверишь.
- Ни к чему… - Я с трудом сглатываю. – Мне это уже не пригодится.
- Не хочешь работать? Нравится быть домохозяйкой?
- Да что тебе от меня надо?! – взрываюсь я. – Просила же – не лезь! Никто не позволит мне работать! Да я и сама не хочу! Я едва пришла в себя после этой… работы…
Гнев вспыхивает и быстро остывает. У меня нет никакого желания кричать на Илью. Почему день, который начался хорошо, не может так же и продолжиться?
- Я позволил бы. – Лицо у Ильи непроницаемое, не понятно, о чем он думает. – Конечно, если ты захочешь.
- «Но я другому отдана…» - цитирую я, грустно улыбнувшись.
Плакать тоже не хочется, но Илья своего добился, я опять во власти прошлого и будущего. Слезы сами катятся из глаз, едва я вспоминаю все свои унижения.
- Может, тот… другой… тоже позволит? – Илья берет меня за руку. – Ты же о нем ничего не знаешь.
- Я подслушала… Мы будем жить за границей, в Турции или Германии. Я знаю только английский язык. И не специализировалась на международном праве. Илья, пожалуйста, не надо… Ты сердишься? Мне лучше уйти. Эти воспоминания… причиняют боль…
Он сгребает меня в объятия и усаживает на колени.
- Тами, боль не пройдет, если ее прятать. Лучше поделиться с тем, кто может понять и помочь.
- У тебя и третье высшее есть? – мрачно шучу я. – Психолог, да?
- Нет. – Илья перебирает мои волосы, и я устраиваю голову на его плече. – Не обязательно быть психологом, чтобы разделить с кем-то боль.
- Зачем тебе это, а?
- Я отвечу на твой вопрос… позже… когда перестану сердиться…
- Прости.
Я обнимаю Илью и прячу лицо на его груди.
- За что ты просишь прощения, Тами?
- Я не должна была лезть в твой ноут, брать одежду…
- Нет, нет, - перебивает он. – Меня огорчило, что ты не вернулась в спальню.
- Но я боялась разбудить…
- Ты не должна была оставлять меня одного. Но ты сделала отчет… и надела мою рубашку… Кофе ты заслужила.
- И все? – смеюсь я, запрокидывая голову, чтобы взглянуть на Илью. – Только кофе?
Да, я не ошиблась, он шутит. Губы плотно сжаты, но в глазах пляшут смешинки. Он хочет поцеловать меня, но я отворачиваюсь.
- Я зубы не чистила!
- Женщина! Вечно у тебя отговорки! – ворчит он. – Иди наверх, там в шкафчике есть новая зубная щетка.
Илья так и не ответил, отчего постоянно расспрашивает меня о прошлом и зачем «хочет разделить боль». Все еще сердится? Не похоже. Скорее всего, просто забыл. А я не хочу напоминать о неприятном разговоре. Лучше вместе строить планы на день.
Илья приготовил бургеры с мясом, сыром и зеленью и клубничный молочный коктейль.
- Ты поедешь на работу? – интересуюсь я за завтраком.
- Нет, без меня справятся. А ты не хочешь сходить в какой-нибудь салон?
- Эм… А надо?
- Если никто не поинтересуется, где твой маникюр, то, пожалуй, нет.
- Ой…
Действительно! Вчера я наплела Ахарату про салон красоты, но не подумала о том, что правда откроется, едва я вернусь домой.
- Ты и врать не умеешь, - замечает Илья.
- Я только и делаю, что вру!
- Потому что сразу не сказала родственникам правду.
- Я забыла… - вздыхаю я. – Не поверишь, но я просто забыла, что замужем. Как-то не до того было… А потом стало слишком поздно. Ахарат уже взял калым…
- Калым? – удивленно переспрашивает Илья.
- Ну… выкуп за невесту. За меня, то есть. У нас так принято. Он не может его вернуть, а я не могу подать заявление в ЗАГС, потому что замужем. Ты же дашь мне развод до того, как я улечу из Москвы?
- Я обещал. – Он как-то странно на меня смотрит. – Но я не хочу разводиться. Тами, останься со мной. Я тоже могу заплатить… калым. Я буду заботиться о тебе, как положено.