– Мне один раз уже прислали передачу, но практически все содержимое у меня забрали. Я ведь новенький, так здесь принято. Правда, я даже не знаю, кто ее прислал, она без подписи была, надеюсь, это Маргарита.
– Катя тоже пыталась кое-что вам передать, но у нее почему-то не приняли, – сказала Юля.
– А здесь только раз в месяц положено, не разгуляешься, – развел Дмитрий руками. – Но вам-то, может быть, разрешат, хоть сигареты с чаем?
– Что-нибудь придумаем, не переживайте, – улыбнулась Алиса. – Извините, что я о родственниках спросила, я вижу, вам не очень приятно об этом говорить?
– С чего вы взяли? Вовсе нет, – удивился Дмитрий. – Здесь, в Москве, у меня действительно никого нет, кроме жены и сына. Мои родители уже три года живут во Франции. Уехали, как только отец вышел на пенсию, у него там родная сестра живет. Она старше, овдовела шесть лет тому назад, детей у нее нет, вот и позвала брата к себе. Тетя хотела, чтобы и я туда переехал вместе с семьей, но Маргарита отказалась, она никогда не ладила с моими родителями. А тетушка все равно завещание на меня составила, как говорится, все движимое и недвижимое отписала.
– Очень интересный факт! – Алиса вскинула брови. – И большое наследство?
– Понятия не имею, – сказал Дмитрий. – Я этим как-то не интересовался. Да и какое там может быть наследство? Небось домик и мебель. Домик, правда, хорошо на фотографии смотрится, он не очень большой, но красивый, но мне он совсем не нужен. Пусть тетушка еще сто лет живет, а когда умрет, пусть все моим родителям достается, я и сам в состоянии хорошо заработать. Кстати, они еще не знают, что со мной случилось. Я попросил следователя, чтобы им не сообщали, – отметил он.
– Почему?
– Я у них единственный сын, и мне не хотелось бы…
– Но ведь рано или поздно им все равно придется об этом узнать.
– Так, значит, вы тоже не верите, что сможете меня вытащить отсюда? – горько усмехнулся Князев. – Зачем же тогда пришли? Чтобы поставить галочку? Или просто из жалости решили меня поддержать? Небось Екатерина постаралась, уговорила, она ведь у нас сердобольная?
– Вот фрукт заморский, а! – ощетинилась Юлька. – Да как у тебя только язык поворачивается такие вещи говорить? Катька изрыдалась вся, носится, как ненормальная, по прокуратурам, по кабинетам разным, чтобы его вытащить, а он… Что уставился, как бык на трактор? – рявкнула она на Князева, покраснев от возмущения.
– Юля, прекрати немедленно! – приказала Алиса. – Ну, зачем же вы так, Дмитрий Анатольевич? – покачала она головой, с упреком глядя на молодого человека. – Мы вам не враги, а друзья, вы должны верить нам.
– Не обижайтесь, я погорячился, – смутился Князев. – Нервы, знаете ли, стали пошаливать в последнее время. Не сладко здесь, да еще контингент в камере… В принципе, я плохо верю в чудеса и не питаю особых надежд.
– Я этого не говорила, но и пообещать заранее ничего не могу, – откровенно призналась Алиса. – Все будет зависеть от многих обстоятельств, и вообще… Вы меня понимаете, надеюсь?
– Конечно, понимаю.
– А друзей у вас нет?
– Как оказалось, нет. Никто не хочет мараться, и, в общем-то, я их понимаю, ведь в их глазах я теперь – хладнокровный убийца.
– Если друг настоящий, значит, должен хорошо тебя знать. А если он хорошо тебя знает, как он может верить в такое? – с жаром возразила Юлька. – Катька, например, все делает для того, чтобы вытащить тебя отсюда, потому что уверена – ты не убивал. Так что делай выводы, Монте-Кристо! Как ни крути, поговорка верна: «Друзья познаются в беде». Вот теперь и будешь знать, кто тебе друг, а кто – так, одно название. Спрятали головы в песок, как страусы, моя хата с краю, ничего не знаю!
– Юля, хватит тебе, – одернула подругу Алиса. – Человеку и так тошно, а ты еще…
– Говорю, что думаю: так и есть на самом деле, – огрызнулась Смехова.
– Пора прощаться, Дмитрий Анатольевич, – обратилась Алиса к Князеву. – Во вторник мы снова встречаемся, обсудим наши дальнейшие действия.
– До свидания, Алиса Андреевна. Очень рад был с вами познакомиться, вы вселили в меня надежду, честное слово! А ваша практикантка – вообще супер, – засмеялся он, посмотрев на Юльку. – Я теперь точно знаю, что моя жизнь – в надежных руках.
– Напрасно смеешься, между прочим, – фыркнула Юля. – Первое, что сделала Екатерина, секретарша твоя, так это прибежала ко мне за помощью. Думаешь, она стала бы попусту тратить время, если бы не была уверена в моих способностях? – Юлька вздернула нос. Говорить о том, что Катя пришла не к ней, а к Чугункиным, она, естественно, не собиралась.
– Думаю, что не стала бы, Катя очень серьезная девушка, – согласился Князев.
– Делай выводы, Монте-Кристо, – хмыкнула девушка.
– Этот факт только укрепил мою надежду. Позвольте полюбопытствовать? Вы уже в третий раз называете меня Монте-Кристо. Почему?
– Так ты же в тюрьме сидишь и сам не знаешь, за что, как и он, вот я тебе погоняло и придумала, – засмеялась Юлька. – Разве тебе не нравится? Или ты никогда Дюма не читал?
– Почему же? С тринадцати лет с тремя мушкетерами спать ложился.
– С мушкетерами – это круто, да еще и с тремя, – Юлька еле удержалась от смеха.
– Я имел в виду книгу, – хмыкнул Князев, поняв ее намек. – Помню, мать меня ругала все время, даже лампочку у меня в комнате выкручивала, чтобы я вовремя спать ложился, ведь утром – в школу. Так я что придумал: под одеялом с фонариком читал. Ой, Юлечка, я вам так благодарен.
– За что, вроде мы ничего не сделали? – удивилась Юлька.
– Настроение вы мне подняли, сразу жить захотелось!
– Дмитрий Анатольевич, надежда – это замечательно, но я не хотела бы, чтобы вы… – неуверенно вклинилась в разговор Алиса.
– Дима, не рви сердце, я тебе обещаю: очень скоро ты будешь на свободе, – Юлька перебила подругу на полуслове. – Перевернется и на нашей улице самосвал с пряниками! Если, конечно, эту бабу грохнул не ты.
– Нет, я никого не грохал, – уверенно ответил тот. – Я вообще не способен на насилие, в любой форме. Во всяком случае, всегда был в этом убежден.
– Мы найдем того, кто тебя подставил, и тебя отпустят, – заявила Юлька. – Я вижу, Катя совершенно права: ты не убийца, – уверенно произнесла она. – Не похож ты на преступника, значит, здесь тебе не место. Сюда мы посадим настоящего преступника, и очень скоро! Помнишь, как Глеб Жеглов говорил? «Преступник должен сидеть в тюрьме». Вот и мы скоро на твое место притащим того, кому положено тут быть.
– Юля, как ты можешь так беспечно разбрасываться подобными обещаниями? – ахнула Алиса. – Зачем напрасно обнадеживать человека, если мы пока что вообще ничего не знаем?
– Ты не знаешь, зато я знаю, – Юля отмахнулась от подруги. – Дима, держи хвост пистолетом и верь мне, – подмигнула она молодому человеку.
– Постараюсь, – улыбнулся тот, глядя на вихрастую прическу девушки. – Больше мне ничего не остается.
Глава 6
– Привет, Чугункин, – поприветствовала Юлька Данилу. – Что ж ты так долго спишь? Посмотри на часы, лежебока, скоро полдень.
– Ты меня, наверное, с собой перепутала, Катастрофа? Это ты у нас любишь поспать до обеда, а я с шести утра на ногах, чтоб ты знала, – парировал Данила. – По делам нашего клиента ездил, только что освободился.
– Это кто до обеда спит? – возмутилась девушка. – Если я уже в девять утра здесь, прикинь, во сколько мне нужно из дома выйти? В выходные только душу и отвожу, да и то не всегда. Вы же с Кириллом ухитряетесь даже в праздник меня из теплой постели вытащить.
– Когда это такое было, чтобы в праздник? – изумился Данила. – Не помню такого случая.
– Помять отшибло? – прищурилась Юлька. – А помнишь, как вы разбудили меня аж в одиннадцать утра, когда был день моих именин?
– Тоже мне, праздник нашла, – хмыкнул Данила. – У меня именины три раза в году, если я все их буду праздниками считать, работать будет некогда.