— Болезнь безжалостно высосала его тело. Но внутри он остался человеком, которого я любила, — хрипло проговорила Джульет.
Кит изучал глаза человека на фотографии. Своего отца.
— Это было самое ужасное, — продолжала мать. — Но и самое замечательное. И хотя я заплатила за то, чтобы быть с ним, слишком высокую цену… — она запнулась, — каждый день, что мы провели вместе, был благословением.
Кит вернул ей фотографии. Он испытывал то же самое, что и после взрыва, когда легкие вместо кислорода наполнила пороховая пыль. Ему казалось, что его руки отрублены по самые плечи.
— Эта болезнь… — пробормотал он, отступая на несколько шагов.
Кит понял, зачем нужны были узкая кровать и лифт, который он заметил, и ему стало нехорошо.
— Заболевание моторного нейрона, — назвала диагноз Джульет.
Кровь звенела у него в ушах.
— Она передается по наследству?
Джульет отвернулась, аккуратно сложила фотографии и убрала в ящик:
— Нет. Почти никогда.
Еще один взрыв прогремел в голове Кита. Он почувствовал, что его шея покрылась потом.
— Что это значит?
Джульет, наклонив голову, рассматривала содержимое ящика.
— Мы консультировались у специалистов. Примерно в десяти процентах может быть наследственная предрасположенность. Но в основном это не так. Вот.
Мать протянула ему большой плотный конверт и квадратную бархатную коробочку. Кит смотрел на нее и ничего не видел.
Десять процентов. Каждый десятый случай…
— Это завещание Лео. А это, — Джульет дотронулась до коробочки, — кольцо Фицроев. «Темная звезда». Я заметила, что у Софи нет обручального кольца. Возможно…
Голос в голове Кита вопил, что кольцо брать не надо. Отдать его Софи — значит навсегда приковать ее к себе невидимой цепью. Но коробочка почему-то оказалась у него в руке.
— Уже поздно. Нам надо ехать, — пробормотал он.
Джульет кивнула, потом положила руки ему на плечи.
— Спасибо, — страстно поблагодарила она. — Я очень, очень рада, что вы навестили меня.
Кит наклонился и быстро поцеловал ее в щеку. Если бы он мог сказать то же самое…
Глава 8
Медленно перейдя от сна к реальности, Софи сначала осознала, что у нее болит голова, потом — неприятное ощущение в желудке. И причиной этого было не только выпитое вчера слишком большое количество шампанского.
Она открыла глаза. За полосками жалюзи виднелось голубое небо. В кровати рядом никого не было. Она сказала себе, что это еще ничего не значит, села и приложила руку к ноющему лбу. И только тут заметила, что на ней все еще вчерашняя туника.
Софи в отчаянии застонала.
Она помнила шампанское, теплый вечер, помнила, что сидела на диване на асотее Джульет, и ее красивый голос, рассказывающий, как она влюбилась в Лео. А потом мать нанесла Киту удар, сообщив, что он Фицрой и должен унаследовать Элнберг.
Мелькали и другие, менее четкие воспоминания. Как Кит нес ее к машине, как хорошо было свернуться у него на груди и почувствовать себя в безопасности, хотя она не знала, в чем состояла опасность.
О боже! Надо извиниться.
Софи осторожно поднялась. В вертикальном положении ей было не так плохо, и она отправилась искать Кита.
Софи нашла его на террасе. Он был без рубашки, и вид его широкой загорелой спины изгнал дурные мысли. Она подошла к нему, обняла за шею и поцеловала между лопатками:
— Если я пропустила завтрак, может быть, вместо него я могу получить тебя?
Кит замер. И Софи почему-то показалось, что это очень плохо.
— Ты не пропустила завтрак, — сказал он бесстрастно, откладывая бумаги. — Я попрошу принести что-нибудь сюда.
Софи выпрямилась и отступила. Она чувствовала себя неважно, но не знала, из-за вчерашнего ли шампанского или из-за холодного равнодушия Кита. «Добро пожаловать на планету Паранойя», — подумала Софи и села напротив Кита. На нем были солнцезащитные очки, но челюсти выдавали напряжение.
— Извини за вчерашний вечер, — пробормотала она невесело. — И, если честно, я не так уж голодна. Я правда лучше бы получила тебя.
— Я должен еще кое-что сделать. Надо разобраться с этим.
Кит снова взялся за бумаги. Софи видела в его очках свое лицо. Бледное. Голодное. А она хотела, чтобы это лицо выражало интерес и сочувствие.
— Что это? — спросила она.
— Завещание Лео.
Улыбка сбежала с ее лица.
— Ах да. Это было как удар, правда? Оказывается, Элнберг все-таки принадлежит тебе. — Софи невесело усмехнулась. — Джаспер будет на седьмом небе.