Сделает ли он это еще раз?
От своей свободомыслящей матери Софи переняла уверенность в том, что нельзя любить насильно или держать любовь в клетке. Если ей предстоит остаться с Китом, разделить с ним жизнь, которую он теперь будет вынужден вести, он должен захотеть этого, а не выполнить свой долг, считая бесчестным взять назад обещание, данное при других обстоятельствах.
Софи с грустью сказала себе, что готова отпустить Кита, не пытаясь удержать, но она должна дать ему время освоиться с новым поворотом судьбы.
Софи взяла лист бумаги и написала записку. Потом надела сандалии, взяла сумочку и тихонько вышла.
— И что это значит? Он поправится?
Острая боль в руке подсказала Киту, что он слишком сильно сжимает телефон, слушая последние новости о состоянии Льюиса, которые ему сообщал Ренделл. Но пальцы ничего не чувствовали, и он боялся уронить телефон. Кит мысленно опять оказался в коридоре у палаты Льюиса, мучимый стыдом.
— Это значит, что его спинной мозг не поврежден, — спокойно объяснил Ренделл, — хотя пуля прошла буквально в миллиметре. Конечно, он начнет вставать и ходить еще не скоро, но, похоже, этот день все-таки наступит.
— Слава богу.
— Да уж, — согласился Ренделл. — А как ты, Кит? Это была не самая легкая командировка.
— Я в порядке, — сухо ответил Кит. — На мне был защитный костюм, иначе мы бы сейчас не разговаривали. Немного поцарапало лицо, но царапины уже заживают.
— Рад это слышать, но не уверен, что ты ответил на мой вопрос, — мягко заметил Ренделл. — Мне известно, что ты практически не пострадал при взрыве, но я хотел спросить, как ты себя чувствуешь.
— Хорошо. Надо немного отоспаться, больше ничего.
Он закрыл глаза и выругался про себя. Что за трус!
— Плохо спишь?
— Я всегда плохо сплю. Но после пятимесячной разлуки в постели найдутся другие, более интересные дела.
Ренделл рассмеялся:
— Ну, в таком случае вини только себя.
Кит понял, что он собирается повесить трубку. Его ладони вспотели.
— Подожди минуту. Что ты знаешь о заболевании моторного нейрона?
Наступила короткая пауза.
— Видишь ли, я не специалист. Ты хотел узнать что-то конкретное?
— Да. Каковы ранние симптомы?
Ренделл испустил долгий тяжелый вздох:
— Трудно сказать, Кит. У всех по-разному. Кажется, мышечная слабость, нарушение координации. Что-то в этом роде. А в чем дело?
Кит оставил без внимания его вопрос. Он живо вспомнил, как там, под мостом, его пальцы не могли справиться с кусачками.
— А как это лечат?
— Болезнь неизлечима, — неохотно ответил Ренделл. — Развитие можно немного замедлить лекарствами… Это неприятная вещь.
— Знаю.
— Но такие же симптомы свойственны массе куда менее серьезных заболеваний, — продолжал Ренделл нарочито спокойным тоном.
«Если у вас нет генетической предрасположенности», — подумал Кит.
— Кит! Слушай, почему бы тебе не зайти в госпиталь, когда ты вернешься? Льюис придет в восторг, если его навестит командир, а я на всякий случай осмотрю тебя.
— Нет. Не надо. Спасибо.
Ренделл был военным врачом достаточно долго и знал, что солдаты разговаривают с врачами словно с врагами — стараются сказать как можно меньше. К ним часто требуется тонкий подход.
— А как насчет того, чтобы поиграть в сквош? Мы уже давно не играли, наверное, потому, что раньше ты всегда выигрывал. Хочешь попробовать еще раз?
Кит прекрасно понял тактику Ренделла и оценил ее.
— Хотелось бы, конечно, но, — он вытянул руку, которой сжимал телефон так сильно, что боль в связках почти победила онемение пальцев, — возникли кое-какие обстоятельства. Семейные дела. Я несколько недель проведу в Нортумберленде.
— А, понимаю. — Реднелл недовольно хмыкнул. — Но я всегда к твоим услугам, если понадобится. Хочешь спросить что-нибудь еще?
— Спасибо, ты уже все мне разъяснил. А Льюису нужен ты, а не я. Передай ему от меня привет.
Закончив разговор, он положил телефон на низкий столик. Боль в плечевом поясе свидетельствовала о том, что во время разговора все его мышцы были напряжены до предела, как перед схваткой.
Хотя какой в этом смысл? Его враг непобедим.
Он осознал, что Софи давно приняла душ. Вдруг она слышала что-нибудь? Кит быстро вошел в комнату. Там было прохладно и тихо. В спальне на туалетном столике лежала записка:
«Пошла в Старый город купить открытку для Джаспера. С любовью, С.».
Кит ощутил огромное облегчение. Софи ничего не слышала. Можно продолжать делать вид, что все нормально. Пока он не побывал у Ренделла и не получил официальный диагноз, можно даже считать, что он ее не обманывает.