- Боже, Марин. Прости. Я же не знала…Я…
Она тушуется и моментально замолкает. На тонкой бледной коже яркими пятнами расползается румянец.
- Да брось, - усмехаюсь, вяло отмахиваясь от её безосновательных извинений.
Уж точно не она виновата, что Алексей решил похерить наш брак, таким подлым способом. Целый год жить на две семьи, клясться мне в любви, уговаривать меня родить ему третьего ребенка…
Я так хотела дочку. Маленький цветочек в этом сугубо мужском царстве. Но странное необъяснимое чувство упрямо твердило: следует повременить. Жизнь только вошла в более-менее спокойное русло. Парни взрослые и почти самостоятельные, на работе повышение, еще немного и диплом. Я думала, что мы всё успеем, ведь впереди целая вечность…
Ненавижу! Всеми фибрами обожжённой изменой души. Каждой клеточкой своего тела. Ненавижу тебя, мой когда-то горячо любимый предатель.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Марина
Месяц назад…
- Мам, где носки? – голосит сын, своим далеко уже не детским голоском на всю квартиру.
Закатываю глаза и молчу, пытаясь словить дзен. Сложно, особенно когда у тебя в доме три мужика. Пусть и двое из них еще не достигли совершеннолетия. Впрочем, это нисколько не мешает им сметать с полок содержимое холодильника, как бравая футбольная команда.
- Мам, я форму найти не могу, - вторит старшему брату Мишка.
- Маааам…- единогласно вопят сыновья.
Не реагирую, пока топот ног не застигает меня с поличным на балконе с чашкой крепкого утреннего кофе. В нашей двухкомнатной квартире, оказывается, не так легко и спрятаться.
- Мам, ты что не слышишь? – возмущенно начинает Сашка, но замолкает, напоровшись на мой острый взгляд.
Миша предусмотрительно молчит, выглядывая из-за спины брата. Хоть где-то мои дети проявляют чудеса единодушия. Вот только стоит на горизонте замаячить компьютеру и очередной драки будет не избежать.
- Слышу, - киваю и делаю маленький глоток терпкого напитка.
Наш пёс породы кане-корсо мгновенно оказывается в гуще всех событий и, расталкивая младшеньких членов стаи, плюхает морду мне прямо на колени. Домашние хлопковые штаны моментально пропитываются собачьей слюной. Теперь только стирать.
- Ну Альф! Чистые брюки!
Собаке плевать на мои вопли. Он даже ухом не ведет, продолжая преданно заглядывать в глаза, будто пытаясь прокопать туннель в самые недра души. Вот и как на такого прихвостня злиться?!
Вздыхаю тяжело, махнув рукой на свои тщедушные попытки посидеть в тишине без участия шумного семейства и, отставив недопитый кофе, направляюсь решать срочные дела, которые имели дурацкую привычку никогда не заканчиваться.
Найти Сашины чистые носки, Мишке собрать форму для занятий по хоккею, насыпать корм Альфу, приготовить всем завтрак, а потом и обед с собой. А еще скоро муж с дежурства вернется, злой и голодный, как медведь-шатун.
Провожаю пацанов и выдыхаю. До возвращения Лёши есть примерно полтора часа, чтобы приготовить что-то вкусное, но для начала следует допить кофе, что давно покрылось тоненькой пленочкой. Остывший прогорклый напиток оставляет неприятное послевкусия во рту. Или дело не в кофе?!
Мне тридцать пять. У меня прекрасная семья, взрослые сыновья, любящий муж. Это ли не счастье?! Но ощущения какой-то безысходности гранитной плитой придавливает к земле.
А может я просто устала?! Работа, учеба на заочном отделении, быт. Кручусь как белка в колесе, стараясь поддерживать атмосферу уюта в доме, иногда напрочь забывая про себя. Даже вон набрала пятнадцать килограмм лишнего веса. По килограмму за каждый год брака.
В нашей с мужем спальне подхожу к зеркалу во весь рост, дотошно разглядывая себя сквозь легкий прищур. В одежде всё очень даже неплохо. Конечно, не стройная лань, какой была в двадцать лет, когда замуж за Лёшку выходила. Но и омерзительной толстухой назвать меня сложно, пусть иногда зеркала в примерочных говорят об обратном.
Хлопает входная дверь, звонко падают на тумбочку в прихожей ключи.
- Мась, я дома!