Подскакиваю, будто меня застали за чем-то жуть каким неприличным, одергиваю футболку на животе и направляюсь в коридор, чтобы встретить своего мужа с ночного дежурства.
- Привет, - улыбаюсь, любуясь супругом. – Мой руки и давай на кухню. Буду тебя кормить.
- Не хочу, - морщит нос Лёша. – Заточил шаурму по пути домой.
Муж у меня без излишней скромности красив. Высокий, поджарый, широкоплечий. Волосы русые, всегда коротко подстрижены. Ладони крупные, да и сам он далеко не доходяга. В период нашей бурной молодости все девушки были влюблены в него как кошки. Все, кроме меня…
Архипов треплет по голове, виляющего хвостом Альфа и, проходя мимо, оставляет дежурный поцелуй на моей щеке, скрываясь за дверями ванной.
Обычный совсем непримечательный день. Не первый раз муж приходит сытым после дежурства. И раньше его гастрономические измены меня особо не волновали. Тогда что сейчас внутри засело огромной занозой и противно так ноет?!
В носу стоит незнакомый запах. Слишком приторный и сладкий. И даже аромат чесночного соуса от Алексея, не может его перебить окончательно.
Дергаю головой и прекращаю препарировать взглядом дверной полотно. Все-таки Лёша живет и работает в социуме. И сходить с ума от какого-то незнакомого запаха по меньшей мере глупо.
Под чутким контролем Альфа, направляюсь на кухню, чтобы убрать приготовленную еду в холодильник и щелкнуть тумблер чайника. Надо садиться писать дипломную работу, пока позволяет время. Лучше уж занять мозг этим, чем ненужными ни мне, ни Лёше подозрениями. Склочной женой я никогда не была. Менять тенденцию тоже не собираюсь. Я доверяю мужу, как себе.
Слышу, как перестает литься вода в душе и Архипов, не заглянув на кухню, ретируется в спальню. Видимо, тяжелая ночка выдалась, раз сил у мужа не хватило посидеть со мной на кухне и немного поболтать.
Аккуратно заглядываю в спальню, тайно наблюдая за сопящим в подушку полуголым супругом и тихо прикрываю за собой дверь, шикнув на чрезмерно активного пса, что умудрился уже несколько раз довольно-таки громко врезаться в предметы окружающие его мебели.
В ванной собираю грязные вещи Лёши, которые следует закинуть в стирку и, вопреки здравому смыслу, подобно ищейке обнюхиваю их, потакая своей паранойе. Ничего. Чесночный соус, пот, мужской одеколон и никаких приторных ароматов. Это же надо, причудиться такому.
***
Марина
- Мам, спасибо. Всё было очень вкусно, - Саша подскакивает из-за стола, намереваясь сбежать как можно скорее к компьютеру, пока Мишка не доел и не умудрился опередить его.
- Стоять! – голосом останавливаю сына уже на пороге. – Тарелку кто мыть будет? У нас самообслуживание.
- Ну мам… - тянет Саша, при этом не забывая коситься на младшего брата, который усиленно начал работать ложкой. Пять минут промедления, и я буду разнимать драку в их комнате. Каждый вечер одно и тоже.
- Я жду, - дергаю бровью и подбородком показываю на раковину. – Убрал свою тарелку, сполоснул и свободен.
- Я всё, - радостно заявляет Миша, показывая мне блестящую плошку.
- Тебя это тоже касается, - подмечаю, делая несколько глотков зеленого чая.
Лёша все это время молчит, что-то яростно печатая в мобильном телефоне. Ведь даже не собирается участвовать в воспитании сыновей! Впрочем, ожидаемо. В нашей связке плохой полицейский всегда я. И зубы заставлю почистить, и мусор вынести, и с собакой погулять. Не мать, а мачеха.
- У тебя странные перепады настроения, - шепчет Лёша на ухо, оказавшись у меня за спиной, как только мальчики юркнули в свою комнату. Сильные мужские руки ложатся на плечи, разминают, и я лужицей растекаюсь у его ног.
Вот так…Еще… Кажется, это лучше нашего вялого секса в последние несколько лет.
- Разве? – мурлычу от удовольствия.
- И на соленые огурцы подсела, - кивает на полупустую банку с домашними соленьями от его мамы. – Может у нас скоро будет пополнение?
- Просто захотелось соленого, - отчего-то слишком неумело оправдываюсь я. – Я точно не беременна, Лёш. Мы предохраняемся, если ты забыл.
- Никакие контрацептивы не дают стопроцентной гарантии. Нам ли не знать, - усмехается Архипов.