Дэвид всегда был самым сдержанным, самым малоэмоциональным из братьев, именно поэтому Соул так любила вытаскивать из него эти редкие яркие эмоции.
Вот как сейчас. Он весь скрутился, стараясь выбиться из ее мертвой хватки. Он был оборотнем, если бы захотел – давно бы выкрутился. Но ему больше нравилось, как она сжимает его бедра коленками и ерзает по его члену, как будто это не имеет никакого значения.
У него всегда вставал за считанные секунды. Стоило ему только зарыться пальцами в волосы Соул, вдохнуть ее запах, провести носом по ее шее, втягивая в себя аромат ее кожи, и член его становился твердым. Соул обожала сквозь одежду возбуждать себя и его, проезжаться промежностью по бугру на его пижамных штанах, никуда не спешить, ждать, когда накроет так, что не останется никаких сил терпеть.
Дэвид поцеловал ее, проталкивая язык ей в рот. Оттянул зубами ее нижнюю губу и немного потянул за волосы, чтобы она откинула голову назад.
– Коул снова оставил на тебе свои метки, – он коснулся губами засоса на ее шее.
Соул застонала. Было что-то извращенное, но жутко приятное во всем этом. В том, что губы Дэвида касаются места, где недавно были губы Коула. И скоро его член будет там, куда кончал Коул, и никто из них не против такого исхода.
Коул любил спать один, развалившись на своей огромной кровати. Дэвиду же нравилось засыпать и просыпаться в объятиях Соул, и они все так логично гармонировали в этом.
Она снова подумала про Рема… Как насчет него? Захотел бы он спать вместе с ней, если бы все внутри него не противилось самому ее существованию?
Впрочем, неважно.
Ей никогда этого не дождаться, нужно просто жить настоящим, довольствоваться двумя мужчинами, которые готовы быть с ней двадцать четыре часа в сутках, желать ее, спать с ней, отдавать ей себя до конца.
Двое потрясающих мужчин. Только ее, ничьи больше.
«Чего еще тебе нужно, Соул?» – спросила она у самой себя и притянула Дэвида ближе к себе, накрывая его губы поцелуем.
Он помог ей избавиться от одежды и снял свою. Ей нравилось, что они были в постели, что были обнажены, и горячие тела сливались друг с другом.
Соул села сверху на его член. Опустилась на него медленно, шипя от легкого дискомфорта первого толчка. Как же ей было мало. Ей всегда было мало, связь делала ее сумасшедшей, помешанной на сексе, желающей его двадцать четыре на семь.
Она начала подпрыгивать, ощущая, как скапливается слюна во рту, а между ног становится мокро. Дэвид обхватил ее ягодицы ладонями и стал насаживать ее на себя, со звонкими шлепками.
Сидеть на нем, пока он внутри, пока целует бережно и ласково, пока ловит ее соски по очереди ртом, посасывает их, а потом выпускает и возвращается к ее губам… Лучше просто не может быть.
Соул постоянно думала о том, чем она заслужила Дэвида. Этого принца, это совершенство с бледной кожей, большими голубыми глазами и улыбкой, от которой можно сойти с ума.
Она не заслужила. Просто так случилось, ей повезло. И она каждый день, просыпаясь рядом с ним, благодарила судьбу за то, что ей все это не приснилось.
Хотя, она прекрасно знала, кого ей нужно благодарить. Рема. Именно его парой она оказалась изначально. Дэвид и Коул стали частью этой связи уже после, при помощи определенного обряда. И, боже, как же Соул была счастлива из-за этого.
Она так расслабилась, что не сразу почувствовала, как Дэвид начал толкаться бедрами ей навстречу. Движения его были резкими, жесткими, он порывисто дышал ей в губы, и Соул поняла, что он вот-вот кончит… И она готова была сделать это вместе с ним.
Она крепче обхватила его ногами. Стиснула так, что заныли колени. И снова – единение, секунды до того, как они станут одним целым. Она поцеловала его так глубоко и жадно, что едва сама не задохнулась от нахлынувших на нее чувств. Дэвид грубо взял ее за волосы, прижимая к себе в этом сумасшедшем, невероятном поцелуе.
И, кончая, она застонала ему в губы, почувствовав себя безумно-безумно счастливой и, наконец-то, на своем месте.
Соул нравилось кончать с Дэвидом, потому что после этого они еще долгое время целовались, не меняя позы.
Вот и сейчас.
Колени затекли, внутри было мокро и липко, но Соул тянулась за новыми поцелуями каждые три секунды, а Дэвид мягко и нежно гладил ее по спине, покрытой каплями пота.
– Если бы ты знала, как ты важна для меня, – прошептал он в перерыве между поцелуями.
Соул прижалась к нему всем телом, так, чтобы он не просто услышал, а почувствовал стук ее сердца, чтобы понял, как важен он для нее, как она нуждается в нем, в его губах, руках, запахе…
– Я знаю, – ответила она.
Чувства переполняли. Дэвид сводил ее с ума своим спокойствием и нежностью, но одновременно и бурной страстью, которая вдруг появлялась в нем – иногда неожиданно и очень резко.