Но брат, будто услышав мои мылси, уже направляется вслед за мной с диким воплем...
Я бегу по сырой скользкой земле, зная, что скрыться мне не удастся. Здание колледжа, в котором мы учимся вместе с Марко, прекрасно обозревается с этой горы, но я до него просто не успею добежать. Наши силы неравны. Я еще человек, а он волк. Мне страшно и больно от осознания того, что может произойти, хоть я и стараюсь убедить себя, что на такое он не способен.
"Марко не может причинить тебе вред, Ками... Он не может причинить тебе вред..." — мое подсознание отчаянно кричит, только свежие воспоминания кровоточят, как нарывы на коже.
Я ведь видела! Видела своими глазами, каким он может быть жестоким. Видела его безумные глаза. Слышала его звериный рев. Я, кажется, и сейчас его слышу. Но волк не рычит. Он затаился. Знаю, что он бежит за мной, следует по пятам, вдыхает мой запах и становится еще безумнее. Вот только не могу понять, почему? Что я ему сделала? Что во мне заставляет его быть таким?
Дождь снова начинает сыпать прохладными каплями с неба. Я устремляюсь к небольшой тропинке, опоясывающей возвышение и ведущей вниз к зданию колледжа. Сейчас эту тропинку слегка размыло, но я ходила по ней сотни раз, и знаю, что только этот спуск с горы является безопасным с этой стороны.
Спину то ли покрывает холодный пот, то ли намокшая майка настолько плотно прилипла к телу.
Мой визг боли и страха смешивается с дождем, когда я поскальзываюсь, наступив в лужу из грязи, и лечу вниз, больно ударившись бедром о землю. Нос начинает щипать от подступивших слез. Я упираюсь ладонями в грязевую жижу и пытаюсь подавить рыдания, сдавившие грудь, но не выходит. А уже через мгновение передо мной появляются его глаза. Самые красивые глаза, которые я когда либо видела. Они меняют цвет, переливаются то золотом, то синевой, то чернотой. Эти глаза мне так много раз снились, что, кажется, стали частью меня. Сейчас их заливает только чернота, и смотреть в них очень страшно.
— Марко... Почему ты это делаешь? — мои губы дрожат, но я должна попытаться поговорить с ним. — Почему? Ты мой брат, помнишь? Мой брат... Очнись... Зачем ты пытаешься сделать мне больно? Зачем ты так издеваешься?
Я говорю, кричу, плачу. Мои грязные ладони бьют по его белой майке, оставляя следы, когда он рывком поднимает меня на ноги. Я чувствую, как острые когти оборотня вонзаются в мои плечи, вижу, как острые клыки выпирают из его рта, отчего страх во мне достигает своих предельных границ и переливается через них, заставляя мое тело неистово дрожать.
Он меня не слышит. Не слышит. Он сошел с ума...
— Отпусти меня... Отпусти меня!
— Не могу... — прорыкивает волк, а после вонзается клыками в мою шею.
22 глава
Ками
Острая боль пронзает тело. Я кричу, ловя ртом воздух, цепляюсь за плечи Марко, чувствуя, как огонь с невероятной скоростью от шеи стекает к груди и будто формируется там в густой огненный шар, а затем взрывается, всасывается в мои вены и начинает течь по ним вместе с кровью, пока не доходит до головы, в которой в тот же миг начинают мелькать картинки так же, как мелькали, когда я лизнула кровь искаженной. Только на этот раз я вижу намного больше событий.
Сначала какую-то женщину с длинными темными волосами, очень похожую на меня. С ней говорит отец. Затем страшную битву. Я вижу мать Марко, Мару, лежащую без сознания на постели и Йена Хазарда, его отца, склонившегося над ней в отчаянии. Потом картинка снова сменяется на другую, и теперь у моего отца на руках младенец, рядом с ним стоит мама, они что-то говорят Йену Хазарду.
"... дочь Ликадии... Она попросила Марину позаботиться о ней... Ликадия умерла..."
"... я назвала ее Камиллой..."
Затем я вижу сцену на террасе. Мы с Марко маленькие, с криком пробегаем мимо родителей.
"- Что это было? — говорит отец.
— Ты думаешь, они... — отвечает Хазард.
— Неет... Не может такого быть! Или...?
— Разве парой нашего сына может быть дочь той, что пыталась убить его мать и его самого?
— Ками не виновата..."
Не виновата... Дочь другой женщины... Пара Марко...
Оборотень вытаскивает клыки из моей шеи и оступает на шаг назад. Смотрит на меня шокировано и недоуменно. Он тоже все видел. Его зверь перехватил видение, как и в прошлый раз.
Я не могу дышать. Не могу двигаться. Мне очень плохо. Кровь стекает по шее вместе с дождем, а я просто смотрю на Марко, не моргая и не дыша.
Мои родители мне не родители. Я дочь совсем другой женщины, о которой даже ничего не знаю. И Марко никакой мне не брат. И вероятнее всего, что я его истинная пара...