Горькая досада прожгла Лизу, когда она вспомнила, как Вадим бессовестно пытался отделаться от нее, будто от докучливой старухи. Но чувство долга толкнуло ее руку к телефонному диску. Возможно, ей хотелось еще раз поговорить с Тумановым и разобраться в ситуации.
Услышав в трубке голос Вадима, Лиза сказала с королевским достоинством:
– Привет. У меня к тебе дело.
– А, это ты, – от нее не укрылось разочарование, просквозившее в его тоне. – Какого рода дело? – с сарказмом спросил Вадим, явно показывая, что женские уловки с ним не пройдут.
– Это не телефонный разговор.
– Удобная формулировка, – хмыкнул Туманов, а затем жестко сказал: – Лиза, ты застала меня в дороге. Я еду на важную встречу. Сейчас мне надо собраться с мыслями.
– Я и не требую, чтобы ты отменил все ради этой встречи, только хочу предупредить: гляди в оба.
– Это что – скрытая угроза? – чувствовалось, что он криво улыбнулся на том конце провода.
– Это женская интуиция, приправленная весомыми фактами, – обиженно сказала она. – Нам действительно надо кое-что обсудить. Ты будешь сегодня в «Лагуне»?
Секунд пять Туманов колебался, потом нехотя заметил:
– Возможно. Но там я хотел бы обойтись без выяснения отношений. Сегодня дьявольски трудный день.
– Ты решил, что меня заинтересовало, почему ты стал избегать меня?!
– Я вовсе не избегаю тебя. Я занят.
– Но я не шучу, Вадим. Наша встреча – в твоих интересах.
– Не думаю.
– Но я не могу сказать того, что хочу, по телефону – слышишь? Поверь, есть особые обстоятельства.
– Не сомневаюсь. – Вадим фыркнул. – Буду сегодня в «Лагуне» к вечеру, примерно после пяти.
Тут Лизу прорвало:
– Ты предлагаешь мне – во имя твоих интересов! – долго и уныло ждать тебя! Звучит слишком аморфно – «после пяти»!
– После пяти на террасе. Точнее я не могу сказать – дела, – Туманов дал отбой.
Ругнувшись, Лиза с особым рвением принялась за свою картотеку. Адреналин хлынул в кровь, и часа за три она навела относительный порядок в бестолковом хозяйстве.
Как ни велико было ее раздражение против Туманова, возомнившего, будто он уплывает на роскошном теплоходе для избранных в пресловутое Эльдорадо, а она, сирота, остается на разграбленном и выжженном худшими человеческими страстями берегу, – госпожа Леонтьева в начале пятого часа пустилась в путь.
В «Лагуне», как обычно, царила атмосфера столь желанной для многих светской жизни. Под знойным солнцем кто-то флиртовал на трибунах, кто-то освежался в бассейне.
Лиза не могла сегодня воспользоваться хлорированными водами – не ее день, соответственно не было и ее приятельниц. Туманов – другое дело – имел какой-то особый абонемент, позволявший ему приезжать когда угодно.
«Классовое расслоение», – ухмыльнулась Лиза, проходя на террасу, где заказала себе чашечку кофе. За кофе последовал апельсиновый сок. Ее терпение было уже на пределе, когда в кафе вплыл Туманов.
От него просто исходили флюиды удачливости. Победоносное выражение лица, спортивный костюм с иголочки – белоснежные шорты и блузон.
«Ну и хлюст», – неожиданно для себя подумала Лиза.
– Привет, – бросил Вадим, усаживаясь напротив в раскованной позе плейбоя.
– Значит, парижская поездка сорвалась? – ехидно поинтересовалась она.
– Да.
– Бывает. – Глаза Лизы сузились от злобы и напряжения. – Ты, видимо, забыл, что со мной можно говорить напрямую, без уверток. Уважительное отношение к женщине, мне кажется, подразумевает искренность.
Раздражение, сквозившее в страстном монологе Лизы, передалось и Туманову. Взглянув на собеседницу в упор, он переспросил ледяным тоном:
– Уважительное отношение? Искренность? А как быть с тем скандалом, в который ты впуталась? Я не съездил в Париж? Не беда. Зато ты прокатилась на Кипр в качестве эскорт-герл господина Зимина!
«Так я и знала, – с досадой подумала Лиза, – уже все вынюхал».
– Или ты думаешь, что скандальный соус – необходимая приправа к карьере политического деятеля?
«Тоже мне, Жак Ширак выискался», – Лиза внутренне усмехнулась, а вслух беспечно сказала:
– Звезды эстрады, например, заказывают скандалы. Кто без них узнает о тебе? Кроме того, к случаю с Зиминым ты никак не причастен.
– Спасибо за сообщение. Именно это ты и хотела мне сказать? Учти, у меня в запасе – пять-семь минут, не более.