– Думаю, ты и сама понимаешь: никакой лишней информации выдавать не следует. Придерживайся той версии, свидетельницами которой они явились. Туманова подвели сосуды. Диагноз гласит: инсульт.
При выходе из круглой комнаты Лиза столкнулась с Николаем Павловичем, который ободряюще улыбнулся ей. «Некрасив, но довольно обаятелен», – снисходительно подумала она.
На улице уже смеркалось. Приблизившись к брусничному форду, Лиза увидела, что подруги изрядно устали. «Без кофе, без „Осборна“, в машине – какая же я эгоистка!» Раскаяние привело к тому, что она исключительно мягким тоном сказала:
– Девочки, у Вадима был инсульт.
– Все ясно – переутомление, – мрачно кивая головой, заключила Рита. – Вот что значит – рваться в этой жизни. И я когда-нибудь так кончу.
– Не каркай, – урезонила ее Алена. – У каждого – своя судьба. – Затем уточнила у Лизы: – Вы с Виктором остаетесь? Есть еще какие-то дела?
– Ничего особенного. Надо забрать его вещи, позвонить во фракцию.
– Родители, небось, еще живы? – сердобольно спросила Рита.
– Нет, – сказала Лиза. – Он был поздним ребенком. Отец умер давно, а мать – года три назад.
– Слава богу, хоть не дожили до такого горя, – вздохнула та. – Завтра мы обязательно позвоним тебе. Держись!
Мягко заурчав, форд тронулся с места, и Лиза помахала ему вслед. Ее подруги порхали по жизни легко и беззаботно, а ей неумолимый рок то и дело подбрасывал зловещие карты. Ну, что еще там, впереди?
Если бы судьба прошептала ей на ухо, что впереди события не менее загадочные, чем прежде, Лиза просто упала бы наконец в обморок.
В то время, когда Леонтьева разговаривала с подругами, Брасов проводил довольно щепетильную беседу с врачом.
– Понимаешь, Николай Палыч, – тянул он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно убедительнее, – мы с моей помощницей оказались в щекотливой ситуации. Лиза Леонтьева находилась буквально рядом с жертвами в обоих случаях. И все-таки я вынужден просить тебя…
– Меня не надо просить, – Смирнов положил свою сухую ладонь на руку Брасову. Взгляд Николая Павловича излучал понимание и доброжелательность. – Ты ведешь расследование этого непростого дела. Мое чутье подсказывает мне, что инсульт Туманова – это второй акт одной и той же драмы. Я правильно догадался?
– Не скрою от тебя, есть факты, подтверждающие твою мысль, – Виктор покосился на визитку, лежащую рядом с портмоне.
– Так что спокойно веди свое расследование. А во мне – будь уверен.
– Спасибо. – Брасов пожал ему руку.
– Сцена превращается в сентиментальную, – улыбнулся Николай Павлович, и в этот момент по мраморному полу зацокали каблучки Лизы. Кивнув на арку входа, Смирнов насмешливо заметил: – А твоя помощница и по совместительству «главная подозреваемая» – эффектна и, мне кажется, довольно умна.
– Я не стал бы настаивать ни на первом, ни на втором выводе, – привередливо заметил Виктор, но его глубоко посаженные глаза при виде Леонтьевой сказали совсем иное.
Чтобы не смущать детектива, Смирнов вернулся к делу. Когда Лиза села, он сказал:
– Я знаю ребят из фракции стабильности и позвоню туда. Пусть сами принимают все дальнейшие решения относительно оповещения родственников и похорон. Вещи передам им же.
Пододвинув портмоне Туманова поближе к врачу, Виктор попросил:
– Присовокупи и бумажник. – Затем взял визитку и сунул ее в свой нагрудный карман со словами: – Это я возьму себе – собираю «коллекцию».
– Вещдок? – понимающе спросил Николай Павлович, и Брасов кивнул. – Уже поздно. Я предоставлю в ваше распоряжение разгонный джип.
– Вы так любезны! – воскликнула Лиза тоном отлично воспитанной английской леди. – Спасибо вам за все.
– Ну что вы, – слегка смутился врач.
– Под словом «все» она в основном имеет в виду «Осборн», – крякнул Виктор, поглаживая нагрудный карман, в котором покоился «новый экспонат» его «коллекции».
Глава 27
Уже в салоне джипа Лиза почувствовала, что ей нехорошо.
«Нервозная дамочка начала века», – саркастически подумала она, откидывая тяжелую раскаленную голову на валик сидения.
– Даже коньяк не помог? – то ли издевательским, то ли сочувственным тоном спросил Виктор. Затем он вынул из нагрудного кармана «роковую визитку» и еще раз внимательно посмотрел на нее.
«Тоже мне, великий сыщик, – фыркнула про себя Лиза. – Пялит глаза так, будто что-то можно определить по этому банальному куску картона с совершенно анонимным компьютерным выводом».