Дашка, увидев мое напряжение, шепнула:
— Я думала, что ты в курсе, что он приехал. Прости, что не предупредила.
— Ничего. Всё нормально. Мне наплевать.
Тем временем Вадим с распростертыми объятьями направился к дорогому гостю, а некоторые девушки в зале начали поправлять прически. В мгновение ока все гости направили внимание на красивого темноволосого мужчину, который в упор смотрел на меня. Когда наши глаза встретились, то с удовлетворением отметила про себя, что у меня внутри практически ничего не дрогнуло, а значит я на верном пути.
Зафиров поднял квадратный стакан с янтарным напитком и произнес своим низким голосом, глядя на Вадима:
— Я поздравляю тебя с рождением наследника! На родине моего отца говорят: Пусть он живёт долго, доживёт до седых волос, повсюду несёт с собой свет знаний, и пусть все называют его мудрецом!
Со всех сторон послышалось дружное "Ура!", а я, увидев входящий от Гордеева, поднялась и тихонько вышла из-за стола.
— Алло! Да, Леш празднуем! Скучаю, конечно! Я же тебе сказала, заказывай билет на завтра, если хочешь, и я прилечу. Целую.
Нажала отбой и посмотрела на улицу через огромное панорамное окно в коридоре. Холодная ноябрьская ночь как нельзя лучше подходила к моему настроению, испорченному появлением Зафирова. Создавалось такое ощущение, как будто время повернулось вспять, снова вернув нас в исходную точку, как будто не было этих двух месяцев. К гостям возвращаться совсем не хотелось, поэтому я медлила, глядя на маленькие снежинки, летевшие с неба. Однако уединение длилось недолго и уже через пару минут низкий баритон за спиной вырвал меня из невеселых мыслей и заставил вздрогнуть от неожиданности:
— Куда это ты собралась?
Да как он смеет? После всего того, что он со мной сделал, являться и устраивать мне допрос так, как будто он не поступил со мной как последний подонок, а потом не бросил меня как надоевшую игрушку! Я круто обернулась и с глазами, полными ярости процедила сквозь зубы:
— Никуда! Как видишь, просто стою и любуюсь видом из окна!
Он был совершенно спокоен и казался абсолютно равнодушным, однако уже на следующей фразе в голосе Давида появились угрожающие нотки:
— Я спрашиваю в последний раз: куда ты собралась лететь?
— Твои псы больше не следят за мной? Раз нет, то это точно не твое собачье дело, куда я собралась! Хотя нет, я отвечу: я собралась к тому, кто надеюсь будет поадекватнее тебя!
Я сама не поняла как почти выплюнула последние слова ему в лицо. Впервые за все время нашего знакомства лицо Зафирова исказилось гневом. Равнодушный, закрытый Давид, наказывающий и мучивший меня когда-то с каменным лицом сейчас выглядел как бешенный волк. Его глаза просто пылали яростью, и я, ошарашенная, испугавшись этого страшного огня отступила на шаг. Его кулаки сжались и в мгновение ока он, превратившись в Зверя, схватил меня за горло и прижал к холодному стеклу:
— Я тебя задушу, сука! Не смей мне вешать лапшу на уши!
Сильная рука до боли сдавила мою тонкую шею и я всерьез испугалась, что он убъет меня. Таким я его еще не видела, поэтому от испуга замерла на мгновение как птичка в силках, но уже через секунду пришло понимание, что пути назад нет и нужно довести дело до конца.
Взбесить Зафирова?
Да!
Собрав остатки своей, откуда ни возьмись появившейся храбрости, я тяжело дыша прохрипела:
— Давид Платонович, твое присутствие больше не требуется. Свободен.
На его лице было написано такое бешенство, что казалось еще секунда и он сломает мне шею:
— Чёрта с два! Ты достаточно погуляла за два месяца и отдохнула, поэтому сегодня же отправляешься на перевоспитание ко мне.
— Я в него влюблена!
— Не ври мне. Я точно знаю, что нет, но за каждое свидание, о котором мне доложили сегодня — ты ответишь! Я тебя, дрянь, всего на две недели упустил!
Какие к черту две недели? Мы не в вместе два месяца!
— Я улечу в Москву!
— У тебя совсем нет инстинкта самосохранения, сука? Я тебя лучше убью, чем кому-то отдам!
Ситуация повторялась. Снова. Вот только Зафиров не учел, что я теперь была другой и молчать больше не собиралась. Заметив шевеление в коридоре, я запищала:
— На помощь!
На лице Давида, не ожидавшего такого поворота, отразилось удивление и я, воспользовавшись моментом выскочила из его рук, ослабивших хватку. В проходе появились Ирочка и Дашка:
— София, мы везде тебя ищем! Еще пару танцев и Ирка уезжает! Цербер сказал, что не разрешает без него оставаться! Там Дягилев уже все уши прожужжал, что ты ему дико понравилась!