Прижимает Роману к себе, пытаясь поцеловать и рукой внаглую забраться под край джинсов. Она пытается отпираться, но как-то неуверенно. А я взбешён до предела! Срываюсь с места и подлетаю к ним. Это моя игрушка. Теперь только мне позволено к ней прикасаться. Пацан должен уяснить своё место.
Глава 18
Марк.
— Даю три секунды, чтобы ты отошёл от моей сестры, — зло чеканю я. Замечая испуганный и ошеломлённый взгляд Романовой, улыбаюсь исподлобья. — Раз, два…
Закатив глаза, пацан всё-таки отпускает сводную и удостаивает меня красноречивым ответом:
— С чего бы мне отходить от своей девушки? Убирайся, тебе здесь не рады.
— Разве кто-то спрашивал твоё мнение? — хмыкаю. — Знакомиться с тобой не собирался. И всё же мы встретились. Хочешь и дальше ныть о том, как тебе не даёт собственная девушка? — склонив голову к плечу, издевательски произношу я. — Или попытаться вымолить у бедняжки секс, давя на жалость? Иначе не вижу причин так нервничать из-за моего появления.
— Марк, прекрати сейчас же! Оставь меня в покое! — настойчиво просит Романова, но по голосу сразу ясно: сильно нервничает.
— А то что, Воробушек? Разве старший брат не должен защищать свою младшую сестру от всяких отбросов? — картинно выделяю последнее слово.
Подступаю ещё на шаг и притягиваю Арину к себе, крепко обнимая.
— Что ты творишь? Отпусти меня сейчас же! Слышишь? — срывается на крик она.
— Я могу делать с тобой всё, что захочу. И ты это отлично знаешь, — улыбаюсь я, вглядываясь в растерянные голубые глаза. — Или хочешь, чтобы папочка узнал, чем его любимая дочка занимается, когда сбегает из дома, м?
Провожу ладонью по шее девушки, поднимаясь к скулам и щеке, очерчивая каждую линию.
Прилетает молниеносно в скулу от её парня. Успеваю немного отклониться, поэтому задевает не сильно. Отпихнув сводную, ударяю в ответ с кулака прямо в его лицо. Отшатнувшись, пацан сплёвывает кровь на землю. Романова тяжело дышит. Пару секунд всматриваюсь в её побелевшее от паники лицо. Ничего, переживёт.
— Знаешь, кто мой отец?! Да мы засудим тебя! Поедешь на нары! — белугой ревёт парнишка.
Осторожно касается разбитой губы. Кровь течёт сильно, пачкая пальцы. А на морде сплошной ужас от переживаний за свою внешность.
— Нет перспективы страшнее, чем получить по роже, а, красавчик?
Хватаю его за грудки, вжимаю в ствол дерева и со спокойной улыбкой, тихо, так чтобы только он услышал, чеканю каждое слово:
— Ещё хоть раз сунешься своими ручонками ко мне или к ней, то я превращу твоё существование в ад. Знаю про грязные делишки твоего папаши. Не смей трогать то, что тебе не принадлежит. Уяснил? Второго шанса не будет. И я не шучу.
Отпускаю пацана, хватаю Арину за руку и тащу прочь, в сторону дома. Она, кажется, совсем головой поехала от увиденного. Даже не сопротивляется и смиренно тащится следом. Только возле основной дороги, за пару шагов до дома приходит в себя.
— М-марк… — девчонке с трудом даются слова, а голос дрожит. — Т-ты его ударил… губу разбил… Нельзя Толю там бросать…
Тяжело вздыхаю, останавливаясь и переводя взгляд на сводную.
— Ударил. Но, к сожалению, это не угрожает его жизни. Так что не волнуйся, не помрёт.
— Ему нужна медицинская помощь!
Точно пришла в себя. Уже и обратно побежать порывается.
— Ты идёшь домой, и это не обсуждается, — стальным тоном заявляю я, крепче хватая Воробушка за руку и тяну через дорогу. — Совсем глупая, да? Этот слащавый придурок, мог взять тебя силой. И уверен, что именно это он и планировал сделать.
— Нет! Он не такой! Толя любит меня! — отпирается Романова, но уже поздно, мы у ворот дома.
— И как можно быть такой наивной идиоткой? — хохочу я.
Завожу сводную за забор и только там выпускаю её руку. Теперь не сбежит. Охранники уже нас приметили. А время слишком позднее для такой тихони, папочка не одобрит.
— Слушай, братишка. Как насчёт того, чтобы перестать мне грубить? — устало выдаёт она, опираясь спиной о забор.
Поджав губы, тоскливо смотрит на ночное небо, перед тем как опустить глаза назад и вонзиться в меня внимательным взглядом.
— Как насчёт того, чтобы занять свой рот моим членом и заткнуться?
Прикуриваю сигарету, снова подходя к Арине и глядя на онемевшую от моих слов девушку. Она не находится, что сказать и тупо молчит.
— Так-то лучше, — выдыхаю дым ей в лицо, из-за чего сводная морщится. — Просто хотел напомнить, что времени у тебя всё меньше и меньше. Тик-так, Романова, тик-так.