— Я этого не сказал. И не думал…
— Но такой вывод напрашивается сам собой.
— Мало ли что вам придет в голову… Извините. Обеденное время кончилось. Я пойду.
— До свидания, Федор. Надеюсь, еще вернемся к нашему разговору.
— Я вам все сказал. Держался и буду держаться своей линии — работать, как говорится, в поте лица своего, без жалоб и капризов…
— Постой, Федя. Еще два слова. За счет чего в следующей пятилетке вырастет выплавка на десятой?
Крамаренко засмеялся:
— Вот куда хватили! Через год новые мощности кислородной станции обязательно войдут в строй. Потерпим до того времени. Выдюжим!
Прощаюсь с Федором и еду в Дом Советов. Поднимаюсь на пятый этаж, в горком партии. Неистребимая привычка старого партработника: не проходить мимо человека, подавшего тебе сигнал о помощи.
Подробно рассказываю первому секретарю все, что узнал от горнового Крамаренко. Колесов со строгим вниманием, с каким-то мрачно-торжественным выражением лица выслушал меня. Подумал немного и сказал:
— Все, что вам стало известно сегодня, я хотел доложить в день вашего приезда… Но это не вся правда о Булатове. Хотите узнать больше?
— Разумеется, для этого я сюда прибыл.
— Поехали в город, — сказал Колесов, — я вам кое-что покажу.
Водитель «Волги» затормозил перед громадным краснокирпичным зданием без крыши. Стены местами потемнели от застарелой сырости. Колесов тяжело вздыхает.
— Печальный памятник нашей бесхозяйственности. Дворец культуры металлургов. Третий по счету, самый крупный. По мысли архитекторов, должен был украсить город. Погибает не родившись.
— Нет денег? Материалов? Рабочих рук?
— Все есть. Заказчик, когда уже стены были возведены, приостановил строительство. Заявил, что сейчас важнее строить жилые дома, в которых острейшая нужда, а трудящиеся пока что могут пользоваться двумя старыми Дворцами металлургов на проспектах Пушкинском и Ленина. Рассуждения на первый взгляд вроде бы резонные, но, если разобраться, близорукие…
— А кто заказчик?
— Металлургический комбинат.
— Странно. Дворец культуры металлургов нужен прежде всего металлургам.
— Вот вам это ясно, а товарищ Булатов в некоторых и ясных вопросах склонен занимать особую позицию.
Все это Колесов высказал с огорчением, но без всякой запальчивости.
Трудная, деликатная это тема — взаимоотношения первого секретаря горкома и директора комбината. Подходить к ней надо осторожно. Спрашиваю:
— И горком партии, и горсовет, и горпрофсовет, как я понимаю, за продолжение строительства?
— Разумеется. И все металлурги голосуют за.
— Всем народом не удалось переубедить директора?
— Пытаемся. Не теряем надежды. А между тем недостроенное здание разрушается… Ну, поедем дальше. Володя, держи курс на шлаковую гору.
Мы долго мчались на север, оставляя позади себя хвост пыли. Приехали в рабочий поселок Каменка. Тот самый, где обитает Федора.
Около знака бедствия, поставленного когда-то Алексеем, Колесов попросил шофера остановиться. Ясно, зачем. Лишняя трата времени. Я сказал секретарю горкома, что в курсе тяжбы жителей загазованного поселка с Булатовым, и мы поехали дальше.
Не успел секретарь горкома сделать и нескольких шагов по земле бывшей станицы, доживающей свой век, как его атаковали жители поселка. Обступили со всех сторон. Шумели. Гневались. Жаловались:
— Товарищ Колесов, когда же кончатся наши мучения?
— Вот-вот сгорим! Смотрите, как близко подобрался огонь к нашим домам.
— Задыхаемся от угарного газа.
— Несколько раз в сутки бомбят нас скордовиной.
— Почему Булатов не переселяет нас?
Колесов старался успокоить людей. Сказал, что городской Совет принял уже постановление, обязывающее директора комбината переселить людей в новые дома из чрезмерно загазованной, опасной в пожарном отношении зоны. Нет никакого сомнения, что Булатов выполнит это постановление в самые кратчайшие сроки.
Люди повеселели. Слово секретаря горкома, депутата Верховного Совета — надежное слово.
Колесов, когда мы ехали обратно в город, молчал, погруженный в какие-то невеселые думы.
Приехали туда, откуда выехали, — к зданию горкома партии и горсовета. Выходим из машины. Колесов говорит:
— Я не считаю наше путешествие по городу законченным. Поднимемся наверх, я вам покажу два интересных документа, проливающих свет на эту возмутительную историю с загазованным поселком.
В своем кабинете он открывает сейф, достает пачку бумаг, раскладывает на столе.