Блять, неужели я в его глазах правда похотливое чмо, которое к бабам настолько неровно дышит, что буду сидеть в этой помойке и любоваться и вкушать эти «достопримечательности»? Ладно, папуль, давай, показывай, сейчас я тебя и твоих помощниц обломаю…
- Ну поехали, посмотрим. Сомневаюсь, что этот долбоеб сможет нас чем-то удивить. Он даже совещание организовать как положено не сумел, - продолжаю свои мысли уже в слух.
Отец ничего не ответил, лишь вкрадчиво ухмыльнулся, накинул пиджак и указывая на дверь двинул вперед.
Проезжая по центральной улице, я лишь в очередной раз убедился, что это помойка, а не город. И как люди тут живут. Если уж центральные улицы такие никчёмные, что говорить, когда я увижу дворы? Меня хватит инфаркт? Да ну нахуй! Гоню от себя эти мысли.
Выезжая куда-то на трассу, и видя красивые зеленые степи, пришла мысль что не все так уж и плохо. Хотя, конечно интересно, они нас на пикник везут, чтобы не видели ободранные здания и разваливающийся асфальт на дорогах?
Проехав минут пять по трассе, мы съезжаем с дороги в сторону, и я вижу небольшое, вполне симпатичное мерцающее здание с небольшим шатром рядом, где разлетаются белые, совсем невесомые тюль, прикрывающие террасы. На входе, стоит компания размалеванных девчат, громко хихикающих, по всей видимости местные «достопримечательности». О боже, как банально. Уже предвкушаю гавняный вечер в компании отца и этих долбоебов, а может быть еще и помощницы подтянутся. Блять, куда мне деться?
Выходим из машины, и наш гостеприимный Вячеслав Олегович, начинает распинаться перед нами, выказывая так сказать уважение. Ой, как ты не вовремя рот то открыл. Пизда тебе.
- Александр Сергеевич, можно просто Александр? Ведь вроде официальная часть окончена, можно немного расслабиться… Хочу Вас познакомить с нашими подчиненными, - расплывается в ехидной улыбке и раскидывает руки в сторону хихикающих девок.
- Нет, нельзя! И вы, кстати, тоже мой подчиненный, - выплевываю ему я ухмыляясь, хотя в голове кружится другая фраза «С хуяли мы с тобой на ты? Черт поганый!».
Вижу, как улыбочка сходит с его лица, и он пытается сдержаться, чтобы не обронить мне что-то в моем же стиле. Поправляет галстук и показывает рукой на вход и приглашает внутрь.
- У нас самый лучший столик. Шашлык здесь просто потрясающий! Такой вы точно еще не пробовали, - сладко напевает Вячеслав Олегович.
- Да уж, такой точно не пробовали, - смакую каждое слово я. Такое дерьмо нужно, наверное, еще поискать, прокручиваю у себя в голове.
Зайдя внутрь, мы пересекаем так называемый танцпол, который пока еще слава богу пуст и присаживаемся за свой столик. Интерьер, кстати говоря, ничего так, я представлял гораздо хуже. Со всех сторон сидят веселые или я бы даже сказал шумные компании людей. Хотя это нормально, они-то здесь живут, им все нравится, они пришли отдыхать… и только я здесь как на каторге. Хочу домой. Впервые в жизни чувствую себя не в своей тарелке. Не нравится мне этот город. Где я только не был, но такого отвращения не ощущал никогда.
Как только мы присели, практически сразу к нам припорхала официантка, такая миленькая, маленькая. Все, о чем я сейчас думаю, это что ей хотя бы есть 18 лет? Или они тут детей заставляют работать?
Девушка принимает заказ и уходит. Я перевожу взгляд на танцпол и вижу движущуюся в нашу сторону симпатичную блондинку в белом платье. Как не странно, первое что я подумал, что она похожа на ангелочка. Видимо я умер тут от тоски, и она прилетела за мной, забрать меня в рай. Ох ёпт, она реально идет к нам. И глаз не сводит с нашей чудо-компании.
- Привет, мне срочно нужна мужская помощь, могу я Вас попросить, - закусывая губу ломается ангелочек и подергивает длиннющими ресницами, - Вы не откажете мне… - не успевает договорить блондинка, как ее быстро перебивает этот Гондон Олегович, блять, как он меня бесит, видит же, что смотрит она на меня, хули лезть?
- Для Вас, все что угодно! Можете считать, что уже выполнено! – расходится в довольной улыбке этот дегенерат.
Я уже весь горю чтобы вдарить этому дебилу, как блондинка слегка подается вперед к Олеговичу и недоумевающе хлопает ресницами и щебечет. Боже, какое облегчение.