Прохожу по коридору мимо уборной и попадаю на достаточно компактную кухню. После моей, она мне кажется просто консервной банкой, но как ни странно, расположившись за столом на диванчике, она мне показалось уютной, такой домашней, как Оля. Хотя кухонька явно бабкина, и не сказать, что хозяйке за полтос давно.
- Есть будешь? – обращается Оля, зайдя вслед за мной.
- Если ты готовила, то да, - пытаюсь подключить свое обаяние я.
- Конечно она готовила. А ты сюда поесть зашел или охранять? Давайте, рассказывайте в чем дело и как так вышло, что у меня на кухни сидит один из уголовников, - недовольно вещает мегера.
Уголовник? Ха-ха-х, дура что ли? Хотя, учитывая, что мы только что говорили о том, что Оле угрожают армяне и ей могу помочь только я… весьма логично предположить, что я один из той банды-команды. Но это не так.
- Одно другому не мешает, это раз. Я не уголовник, - выдохните, это два, - проясняю я бабуле.
- И кто же ты? Если не уголовник? По морде твоей все видно… что ты явно один из них, - не унимается никак старушка.
- Я уже сказал что я не с ними. Я по другую сторону закона. Больше мне добавить нечего, - огрызаюсь и показываю всем своим видом, что поднимать эту тему больше не стоит.
Но бабке видимо похер. Она продолжает…
- Ого, ну то что ты по другую сторону закона, я поняла, как только на пороге тебя увидела. Не удивил ни разу. А вот то что ты не с армянами, это еще не факт… Хотя, может ты из другой банды? Мироновский, нет? – выпаливает мегера и наблюдает за моей реакцией.
А меня аж потом прошибает. Бабка явно в курсе о делах деда…
- А Вы весьма хорошо осведомлены смотрю… Прям всех именовали в банды… жуть как страшно! – пытаюсь ерничать и продолжаю поглядывать за реакцией моей блонди.
Она услышала мою фамилию, когда Толик орал у машины «Как красотка, так сразу Мироновская…» и теперь мегера назвала моих людей бандой… Кажется она уже поняла кто я и что я. Даже объяснить ей пока ничего не могу. Не поймет.
Оля разогрела борщ и судя по запаху, драники. Ставит их передо мной и желает приятного аппетита, сама же направляется из кухни в какую-то комнату.
- Так, давайте на чистоту. Да, я Мирон. То, чем мои люди когда-то занимались, давно в прошлом. У меня все чисто и законно. Никаких проблем с законом нет. Да и раньше… мы защищали людей там, где не могли помочь наши доблестные органы… Вы сами это прекрасно знаете! А то что произошло между Олей и армянами… где она им дорогу перешла, я не в курсе! Да и мне честно говоря пофиг! Я им ее не отдам. И никому другому тоже! И мне пофиг кто и что думает. Если не согласны, я сейчас ее заберу и увезу к себе… насовсем. Больше мне Вам сказать нечего, - быстро тараторю я, пока Оля не успела вернуться.
Не знаю почему, но очень не хочу, чтобы она подумала, что я такой как люди Карена. Но слов здесь мало… должно пройти время, чтобы она узнала меня поближе и поняла это сама! Не на словах, а на деле.
Бабка вновь ухмыляется. Мои слова ее забавляют, и она это не скрывает.
- Ты, Мирон? – изгибает бровь и презрительно лыбится, - Зеленый совсем. Мирон уж на пенсии должен быть, а тебе, наверное, даже тридцати нет, – замолкает на секунду и добавляет, - Сыночек его? Хотя не было у него сыновей… дочь была, но и ей тоже не меньше пятидесяти должно сейчас уже быть, - снова замолкает, - внучок что-ли? – довольно ухмыляется своей дедукции.
- У-у-у… ну и познания о моей семье. Что еще знаете? Поделитесь? Мне очень интересно, - все что получается придумать для ответа мегере.
Интересно. Дед лет пять, не меньше, как отошел от дел совсем, да и она, судя по внешнему виду уже давненько на пенсии, и все еще помнит такие подробности… был у деда сын или не было и что у него была дочь… Значит в разработке был.
- Если ты правда его внук, то должен держать свое слово. И если говоришь, что ей ничего не грозит, так и должно быть! Как хочешь, но слово держи, - наконец успокаивается старушка и переходит на нормальный тон.
- Мое слово для меня закон. И если я сказал, что ее не тронут, то ее не тронут! – показываю свой решительный настрой.
- Ну раз так, то пообещай мне еще кое-то… и тогда я от Вас обоих отстану… - протягивает мегера, - Ты ее тоже не тронешь! – решительно завещает Людмила Ивановна.
Ну в смысле не трону? Еще как трону… Целый год только об этом и мечтаю.