Не она, а в принципе, ситуация.
- Я все понял. Иди делай что я сказал и не спорь. У тебя пять минут, - стараюсь звучать грозно, чтобы в ее маленькой головке отложилось, что меня нужно слушать и выполнять все сию секунду, но сразу же смягчаюсь, ловя собственные мысли, что теперь она добровольно не пойдет, а побежит ко мне домой и вообще за меня замуж. Если меня не убьют, к херам, - Ох и дорого тебе это будет стоить… - намеренно выдерживаю паузу и продолжаю, - Но мы с тобой договоримся!
***
Лучи солнца пробиваются сквозь легкую занавеску на окне и освещают не только всю комнату, но слепя нас, заставляя раскрыть глаза.
Поворачиваю голову на подушке в сторону и смотрю на эту милую девочку, которая лежит рядом.
На лице блонди беспорядочно раскиданы белокурые кудри так, что виднеется только кончик ее маленького носика и припухшие после такой сладкой ночи розовые губки.
Не в силах сдержаться, подаюсь ближе к ней и нежно целую.
Моя девочка переворачивается с бока на спинку и вытягивается дугой, упираясь на аппетитную попку. И снова переворачивается на бок, только уже повернувшись ко мне спиной.
Наблюдаю за ней.
Тонкие изгибы ее тела не дают сфокусировать взгляд на чем-то другом. Веду взглядом по копне ее светлых волос, которые занимают почти все место на подушках. Дальше спускаюсь по ее обнаженной спинке к тонкой, изящной талии. Обращаю внимание на одну единственную родинку у нее на спине, как раз в близи талии, справа. Обведя глазами это маленькое темное пятнышко, как будто пытаюсь запомнить, иду ниже. Доведя взгляд до сладкой, аппетитной и упругой попки замираю.
Мой мозг перестает соображать, а фантазия подкидывает различные варианты того, что можно сейчас сделать, с пользой для нас обоих. Смущает только одно. Она спит.
Тяжело отрываю глаза от ее сладких булочек и выворачиваю из-под подушки руку с часами.
12:40 показывает циферблат. Мы легли уже под утро, около восьми. Надо бы дать ей еще немного поспать, но механизм уже запущен.
А вот не надо было поворачиваться ко мне своей красивой задницей.
Придвигаюсь к ней вплотную и напряжение растет с каждой миллисекундой. Упираюсь стояком в аккурат ей между бедер и начинаю неспешные движения, создавая легкий массаж, который должен привезти мою девочку в чувства и настроить на нужный мне лад.
За окном начинают проявляться звуки музыки.
Судя по всему, все уже проснулись и начинают опохмел, пока мы все еще нежимся в кровати.
Моя блонди начинает потихоньку просыпаться. Это проявляется по выгибающейся спинке мне на встречу и легкому, сладкому постаныванию.
Да девочка, давай.
- Я тебя хочу, - шепчу ей на ушко еле слышно.
У самого же в глазах темнеет, от этого дикого желания…
Вчера я окончательно убедился что она создана для меня. Такого секса как с ней у меня еще никогда не было.
Ее тело откликалось на каждое, абсолютно каждое прикосновение, словно только я смог подобрать нужный ключик.
И не успев довести свой рассудок до мысленного оргазма я начинаю чувствовать движение блонди.
Она выгибает спинку все сильнее и начинает ерзать бедрами интенсивнее, сама, дразня меня и почти насаживаясь ко мне на член.
Перехватив мою руку блонди прижимает ее к своей груди, как бы направляя меня сейчас обратить внимание на ее изнывающие соски, которые сию секунду требует моих ласк.
Снова вытаскиваю вторую руку из-под подушки, отодвигая в сторону белокурые волосы с ее тоненькой шейки и прижимаюсь к ней губами.
Захватываю небольшой участок коже и чувствую легкую пульсацию. Слегла прижимаю чуть сильнее, потом отпускаю, облизываю этот лакомый кусочек и снова захватываю губами всасывая и после обводя языком.
С губ блонди срывается стон. Мягкий, глубокий стон. Манящий совершить эту манипуляцию еще раз. И я совершаю.
Чуть отстранившись я перевожу взгляд на глаза моей девочки. Она вовсю улыбается мне и ее зеленые хрусталики игриво смотрят на меня в ожидании продолжения, а я замечаю, что на шейке оставил ей смачный засос. И вчера тоже. И не один.
Блять. Веду себя как пиздюк. Ей богу. Заклеймил ей всю шейку, ключицы и грудь. Теперь только в водолазках ходить. Хотя вот тут, возле ушка, даже водолазка не спрячет следы того, что она теперь только моя.