Одной рукой взяла трубку, продолжая держать руль.
— Алло? Да. Да, я еду. Уже недалеко. Я... —
Телефон выскользнул.
Я увидела, как он скатился куда-то под ноги, блеснул углом между педалями. Сердце сорвалось.
— Бл@дь! — выдохнула я.
Плач становился всё громче. Словно кто-то выкручивал громкость в голове.
Я потянулась, пытаясь схватить телефон на ходу. Рука под руль, глаза — в пол, тело — наискосок, машина всё ещё шла вперёд…
И тут …
---
— …и в каждой серии — новая история. Разные женщины. Разные судьбы. Свидетельства мы уже собрали. И даже если зрителю будет тяжело — мы не отступим, — доносился чей-то голос откуда-то сбоку.
Я словно вынырнула.
— Простите, что?
— Мы обсуждаем финальную серию. Там, где женщина оставила ребёнка в машине. Полностью опустошённая. Мы хотим показать это документально. Без осуждения. Чтобы зритель увидел, как система подвела, как родные отвернулись…
Я знала эту серию. Перечитывала её несколько раз. Именно на ней у меня впервые дрогнули руки. Я понимала: каждый кадр будет ранить. Мне придётся пройти сквозь всё это вместе с актёрами. А потом — ещё и на монтаже. Снова. И снова. Смотреть правде в лицо.
— Мы должны это снять. Всё. До конца, — произнесла я. Тихо. Не поднимая головы. — Потому что если не мы — это сделает кто-то другой. Через пять лет. А сколько женщин не доживут до этого момента?
— Мы, конечно, будем максимально бережны, — вмешался голос с другой стороны стола. Это был психолог Леонид Ермолов. Один из тех, кто консультировал женщин на этапе подготовки. — Все героини дали своё согласие при одном жёстком условии: абсолютная анонимность. Ни реальных имён, ни внешности, ни географии. Даже возраст — вуаль. Всё должно быть зашифровано.
Я снова кивнула. Я это понимала.
— Всего десять серий, — заговорил главный сценарист. — Мы выстроили структуру, динамику, арки. Десять реальных историй — этого достаточно, чтобы…
— Будет одиннадцать, — перебила я.
Медленно, без лишнего шума, я вытащила из сумки ещё одну папку. Положила её на стол. Обложка была другого цвета. Эта история жила отдельно.
Мгновенно наступила тишина. Пауза. Все переглянулись.
— Но… бюджет утверждён под десять, — осторожно напомнил продюсер. Не с упрёком. Просто факт.
— Мы не видели эту историю, — заметил один из сценаристов. — Но если она того стоит — мы напишем.
— Не надо, — тихо сказала я. — Сценарий уже написан. Мной.
И снова пауза. Глубже. Глуше.
— Женщина, о которой идёт речь, дала согласие. Я её хорошо знаю. Некоторые сцены… я была при этом. Я — очевидец.
Воздух в комнате стал плотным. Тишина не давила — она просто *была*. Каждый что-то понял. Без слов. Все кроме Насти, она на меня посмотрела так, будто я делала что-то не вероятное, она догадывалась, но все же сомневалась.
— Ты уверена? — спросил главный продюсер. Марк был хорошим человеком, мы ранее уже встречались и не раз. Так что этот вопрос прозвучал ни как от начальника. Как от человека, который понял: это больше, чем история.
— Если этой серии не будет, — сказала я, — я выхожу из проекта.
Это прозвучало спокойно. Без угрозы. Но окончательно.
Тишина. Потом кто-то выдохнул. Кто-то отвёл взгляд. И всё стало понятно.
— Одиннадцать так одиннадцать, — наконец сказал он.
И никто не возразил.
---
Когда встреча закончилась и все стали расходиться, я осталась сидеть. Папка со сценарием так и лежала передо мной. Я посмотрела на надпись на обложке: «ГОЛОС КАЖДОЙ».
И это слово — каждой — отозвалось внутри особенно остро.
Потому что я знала: каждая женщина, пережившая тьму, — это не кто-то там, далекий.
Только я одна знала, насколько близко этот проект подбирается к моей собственной истории.
И как, возможно, он сможет стать моим искуплением.
Глава 4: Московская Сплетница
Горячая вода стекала по плечам, смывая остатки усталости и тревоги. Я закрыла кран, вытянулась, выдохнула. В номере было тихо — слишком тихо. Только слабое гудение кондиционера в углу напоминало, что я всё ещё в отеле.
Едва я завернулась в полотенце, как заиграл рингтон. Экран телефона вспыхнул именем: Элла ассистент.
— Да, — ответила я, слегка нахмурившись.
— Есеня! — раздался бодрый голос. — Только что звонили организаторы. Вечеринку перенесли. Теперь она будет в клубе «1908» начало в 19:00. Атмосфера — просто бомба, ты обязана быть!
Я молча смотрела в окно, наблюдая, как редкие капли дождя ползут по стеклу.