— Спасибо, Элла, — сказала я наконец. — Но меня не стоит ждать. Я не приду.
— Что значит не приду?! — возмущённо пискнула она. — Ты — почётный гость! Всё мероприятие выстроено вокруг твоего возвращения!
— Тем более не приду, — спокойно ответила я. — Пусть праздник состоится без меня.
Она что-то бормотала про имидж, про прессу, про общество, но я уже отключилась, попрощавшись.
Бросила телефон на кровать и потянулась к столу — сценарий лежал на прикроватной тумбочке, с краешком согнутой страницы и размашистой пометкой на полях: "Эта сцена не работает. Надо глубже."
Я села, открыла первую страницу, и в этот момент — «тук-тук». Кто-то стучал в дверь. Не громко, не спешно. Я встала, скинув полотенце, накинула халат и приоткрыла дверь.
На пороге стоял портье с выражением вежливой усталости и... огромным букетом роз. Цветы были свежие, глубокого тёмно-красного цвета, пахли уверенностью — о я знаю этот стиль.
— Для вас, мадемуазель. Только что доставили.
Я взяла букет молча, закрыла дверь и, пока несла его к столу, заметила белый конверт, аккуратно вложенный в середину.
«С возвращением. Я скучал.
Уверен, тебя сегодня можно не ждать.
Надеюсь, я не единственная этому причина.»
Я закатила глаза. Конечно. Манера, стиль, даже намёк на причину моего отсутствия — угадывался с первых слов. Но, несмотря на раздражение, я поставила цветы в вазу. Пусть будут. Комната сразу потеплела.
Я села за стол. Лист, ручка, сценарий, голова, полная недописанных мыслей. Только я и работа.
Стук. Снова. На этот раз — куда настойчивее.
Я открыла дверь — и в комнату влетела Настя, вихрь парфюма, энергии и категоричности.
— Я знала! Я знала, что ты попытаешься отвертеться! — она скинула с плеча пальто, словно собиралась остаться здесь жить. — Я приехала лично тебя забрать. Без вариантов.
— Настя… — начала я, уставленно потирая виски.
— Нет. Даже не начинай. Надень платье и собирайся.
— Я просто не хочу туда ехать.
— А я хочу, и у меня каблуки, в которых я тебя догоню даже по лестнице. Есеня, пожалуйста… Ну хотя бы час. Просто появиться. Показать, что ты есть.
Я смотрела на неё. Нахальная, непрошеная, но настоящая. Одна из немногих, кто не боится врываться, когда дверь закрыта.
— Чёрт с тобой, — пробормотала я и встала.
— Вот и отлично!
Через десять минут я стояла у зеркала в чёрном элегантном платье — сдержанном, как моя решимость уйти первой. Настя хлопнула в ладоши и уже тащила меня к выходу.
---
Стоило нам только войти — как началось. Вспышки камер, суета, улыбки на автомате, бесконечные рукопожатия. Одобрительные взгляды, приглушённые восхищённые шёпоты, пощёлкивание бокалов — вся эта светская жизнь, все эти наглые и лживые лицемеры, которые сейчас мило улыбаются, но стоит тебе хоть на дюйм оступиться и треск, маски сняты.
Все это сводило меня с ума. Каждое «ой, как ты изменилась», каждое поддельное «мы так скучали», каждый взгляд, пытающийся разгадать, кто я теперь. Всё это — шоу. И я, как бы ни пыталась сбежать, всё ещё в нём и это сеть моей жизни, часть моей профессии. Та сторона от которой меня тошнило. Хотя, так было не всегда.
Я схватила бокал шампанского и, глядя на золотистые пузыри, размышляла, как бы по-тихому сбежать отсюда к чёрту. Но меня из раздумий вырвал запах. Один-единственный запах, слишком знакомый, чтобы спутать.
Плотный, холодный, с примесью цитруса и чего-то сдержанно-жесткого. Захар.
Он стоял в паре метров, разговаривая с каким-то бизнесменом. Но краем глаза я заметила — он смотрит на меня. Только на меня. Даже не скрываясь.
Отлично. Пора менять дислокацию.
Я подхватила Настю за локоть:
— К бару. Срочно. Пока я не решила вызвать такси прямо отсюда.
Мы протиснулись сквозь толпу к барной стойке, и я уже делала первый глоток чего-то крепче шампанского, когда к нам подошли Вэл и Дашка.
Вэл — бизнесмен, старый друг Захара, с лёгкой ухмылкой и вечно начищенными ботинками. А Даша — актриса. Очень даже хорошая актриса. И именно мы их и познакомили когда очень давно.
Нас с Захаром давно уже нет. А вот они — молодцы. Теперь супруги. Настоящие. Настоящие настолько, что это даже не раздражает.
Мы обнялись. Искренне. Я действительно была им рада — хоть кто-то в этой толпе выглядел живым.
— Ты как? — спросила Дашка, беря меня за руки.
— Нормально. Или, как говорит Настя, “в базовой жизнеспособности”.
— Это уже что-то, — засмеялся Вэл.
Мы начали обсуждать последние новости, премьеры, глупые слухи, и я уже почти выдохнула, как вдруг — он подошёл.
Стоял рядом. Близко. Тишина между нами была оглушающей, хотя говорили все вокруг.