— А не расскажешь, кто это сегодня с утреца совершал променад по Бесстрашию без порток? — хитро поглядывая, ржет Грег.
Ну да, сегодня подобный вопрос я слышала с десяток раз. Рассказываю им о своих приключениях, мы гогочем во всю глотку, когда мой взгляд примечает Эрика, пристроившегося у противоположной стены. Верней даже не его, а рыжую дамочку с таким бюстом, что возникает комплекс неполноценности. И эта рыжая виснет на плече моего лидера, а тот, в свою очередь, не только не возражает, но и сам с удовольствием тискает крашеную подружку, усиленно делая вид, что меня не замечает.
Ага, как же, меня-то и не заметить.
— О-о, Эрика черт принес, — тянет Сара.
Все дружно оглядываются на командира, а потом на меня. Значит, слухи дошли и до них, все ясно. Уж не знаю чего они ожидают, что я брошусь вырывать грудастой волосы или трясущимися руками вылью на себя коктейль, я невозмутимо продолжаю потягивать свой напиток, безразлично мазнув взглядом по Эрику.
«Пусть делает что хочет, мне все равно», — убеждаю я себя, и даже преуспеваю в этом, собираясь прекрасно провести вечер, без приключений. «Без приключений — это не про нас», — ядовито шепчет внутренний голос и оказывается, как всегда, прав.
Мужчины отлучаются на перекур, а мы мило болтаем на незначительные, женские темы, как ко мне решает подвалить неожиданный поклонник.
— Ух ты, — нараспев тянет парень. — А что это за крошка?
Я, чуть не поперхнувшись, разглядываю его. Высокий, немного худощавый, черные волосы по плечи, острый нос похожий на клюв. Парень выглядел бы даже симпатичным, но все портят его глаза. Слишком светлые, белесые, словно у дохлой рыбы. Он растягивает губы в кривой усмешке, чем сразу же вызывает мое недоверие.
— Познакомимся? — нагло, даже не спрашивая, а утверждая, говорит он, подмигивает и, нагнувшись к моему уху, присовокупляет несколько настолько пошлых словечек, что я даже не рискнула бы их повторить.
Я выдаю свою лучшую улыбку и шепчу ему в ответ:
— Иди в жопу.
Парень, присвистнув от такой наглости с моей стороны, качает головой, а потом обняв за спину и ухватив сзади за шею, сурово предупреждает:
— Будешь выпендриваться, я тебе шею сверну. Усекла, цыпа?
— Цыпа усекла, — заверяю я придурка. — Отпусти.
Руку он убирает, но от этого мне лучше не становится, так как он, переместив ее на мое колено, сильно сжимает.
— Ну вот и ладненько, — продолжает кривляться парень, поглядывая на меня с озорством.
Мне не нравится его взгляд, очень не нравится. Он смотрит так, будто я уже лежу в его постели и счастливо повизгиваю.
— Мы с тобой поладим? — интересуется ухажер.
Я обвожу глазами бар, натыкаюсь на недовольный взгляд Эрика, он, отлупившись от стены и вроде даже забыв о подружке, сверлит меня своими серыми льдинами. Заметив, что к нам уже спешат Девид и Грег, я обворожительно хлопаю ресничками и ласково тяну в ответ:
— Пола-а-дим.
Подхватываю со стойки тяжелый пивной бокал и вдариваю им своему кавалеру прямо в лоб. Ба-бах. Поддав туфлей по яйцам. Ну все, теперь спасайте меня кто может. Недопоклонник валится на пол, немного повращав выпученными глазами, резко вскочив и придерживаясь за причинное место, шагает ко мне с недобрым взглядом.
Ню-ню, напугать думает, что ли? Да по сравнению с Эриком, ты беззубый котенок.
— Ворон! — удерживает парня за плечо Девид, тот оборачивается, еще раз оглядывается на меня, и радостно пожимает руку подоспевшим мужчинам.
Снова обозвав меня «чокнутой», Грег присоединяется к ритуальному танцу приветствия. Наобнимавшись вдоволь они рассаживаются по местам, а я возвращаю на место бокал, подивившись его крепости.
Меня принимаются знакомить с новоприбывшем донжуаном. «Ворон» — надо полагать, что имечко он получил благодаря своей внешности. Мне кажется, что будет уместно извиниться за свою выходку, но только я собираюсь произнести заготовленную фразу, как тот косится на меня и бурчит: «Заткнись», и я благополучно давлюсь словами.
К моему величайшему удивлению, накал страстей очень скоро утихает, некоторое время мы еще обмениваемся злобными взглядами, но где-то через полчаса и это нам надоедает. В итоге Ворон вполне по-человечески улыбается и даже перекидывается со мной парой фраз, из чего я делаю заключение, что никаких претензий у него ко мне не возникнет. А еще через полчаса мы уже дружески общаемся, но сигнал на моих часах, дает понять, что мне пора. Неофитам не разрешается болтаться по фракции после отбоя.
Распрощавшись с собутыльниками, я отправляюсь в спальню. Иду по пустынным коридорам, как всегда, погруженная в свои мысли, пока вдруг не ощущаю чей-то настойчивый взгляд. Это чувство настолько сильное, что я резко поворачиваюсь, не отдавая себе отчета в том, что делаю. Коридор за моей спиной совершенно пуст. И все-таки я знаю: оттуда, где темнота сгущается и становится совершенно непроницаемой, кто-то смотрит на меня.
«Я спятила», — думаю с испугом, потому что неизвестно, что хуже: ожидать нападения или понять, что ты сумасшедшая и видишь то, чего нет. Впрочем, сейчас я ничегошеньки и не вижу, но радоваться не спешу.
— Кто здесь? — спрашиваю я громко. Мой голос зловеще звучит под бетонными сводами, и я оглядываюсь, поежившись. Мне никто не отвечает, что неудивительно. Постояв немного, я делаю еще несколько шагов и опять резко поворачиваюсь. Никого. Я иду дальше, и вот тогда… я уверяюсь, что слышу осторожные шаги за своей спиной.
Коридор кончился, я сворачиваю за угол и замираю, привалившись к стене. Я жду, стараясь не дышать, боясь, что тот, кто следит за мной, услышит.
Через пять минут слышится женский смех, и я очень осторожно выглядываю из-за угла, снова спрятавшись. Ко мне приближается Эрик с сисястой подружкой в обнимку, и, тесно прижимая ее к себе, что-то нашептывает.
— С ума сойти, — качаю я головой. — Вот же кобелина.
Парочка проходит мимо, а я, выждав еще немного, отправляюсь за ними, и почти сразу чувство, что за мной наблюдают, возвращается. Разумеется, оглянувшись, я никого не обнаруживаю.
— Меня слишком часто били по голове, — думаю я и, юркнув за ближайший угол, замираю прислушиваясь. Шорох. Кто-то очень осторожно приближается. Я выглядываю из-за угла, уверенная, что опять никого не увижу, перспектива близкого идиотизма кажется вполне реальной, и тут из темноты доносится:
— Шла бы ты уже спать, в самом деле.
Признаться, я вздрагиваю, чуть не описавшись от неожиданности.
— Эй, — робко зову я. — Вы кто?
— Я это я, — отвечают из темноты.
От этого становится только хуже, голос мне не знакомый.
— Вы за мной следите? — вновь спрашиваю я.
— Как ты мне надоела, — отвечает темнота. — Иди уже.
— Может быть, вы покажетесь? — не отстаю я. — Какой смысл прятаться, если я все равно знаю, что вы здесь?
Я вновь осторожно выглядываю и убеждаюсь, что коридор пуст. Он молчит, а я не знаю, что делать: еще поговорить в одностороннем порядке или двигать в спальню. И тут понимаю, что рядом кто-то стоит, и тут же почувствую чужие губы на своих, пугаюсь и уже хочу заорать, в тот же миг рот мне крепко стискивает ладонь, а потом попросту отдергивают меня от стены. Теперь я стою навытяжку, прижимаясь спиной к чьей-то груди, готовая скончаться от ужаса, и вместе с тем приходит странное любопытство: что за человек меня держит?
— Прекращай эту дурацкую игру в прятки, — шепчут мне в ухо, и теперь я абсолютно уверена, что не знаю кто это.