— И то верно. — Согласилась Марта. Подбоченясь, она посмотрела на хозяйку так, словно видела ее впервые, а после невнятно крякнула, то ли одобряя новый подход леди, то ли осуждая, но точно не решаясь оспаривать. — Я в таком случае пойду на кухню. Там бардак такой, хоть медведя запускай. Хуже не будет. А вас, кстати, безобразник искал…
— …то есть сир Блэйтан. — Поправилась она. — Вы уж не серчайте, я его так по привычке зову. Он-то серьезный стал такой.
— Не скажу. — Пообещала девушка, улыбаясь на этот раз гораздо искреннее. — Что-то срочное?
— Кто ж его знает, — пожала плечами горничная, — он передо мной не отчитывается.
— В таком случае не стоит заставлять его ждать.
Спустившись в главный зал, Лина застала брата за обеденным столом жадно поглощающим здоровенный кусок мяса. Не здороваясь, она уселась напротив и, подвинув к себе небольшое блюдо вкусно пахнущей рыбы, последовала примеру кузена, полностью отдавшись трапезе.
— Как спалось? — Поинтересовался Блэйт, когда с завтраком было покончено, а бутыль легкого белого вина опустела почти наполовину. — Говорят, у тебя проблемы с кошмарами, а известия о смерти родни не способствуют нормальному сну.
— Кошмары в прошлом.
— Хорошо. — Кивнул мужчина и, не зная как продолжить разговор, замолчал. Уставившись на собственные руки, он казалось потерял всякий интерес к собеседнице, принявшись крутить одетый на указательный палец перстень.
— Ты звал меня на светский раут? Может обсудим погоду? — Не выдержала Линнет. Повысив голос, она противно затараторила:
— Ах, любезный друг, нынешнее лето весьма теплое. Дождь льется лишь ночами, когда праведники мирно спят, зато днем Двуликий шлет ясное солнышко.
— Ты права, нечего тянуть кота за всякое. — Тяжело вздохнул Блэйтан. Сняв кольцо, он легким щелчком отправил его катиться по столу, а едва драгоценность оказалась в руках волшебницы, торжественно спросил:
— Знаешь, что это?
— Знаю. — Прошептала девушка, разглядывая свернутую полосу серебра с изумрудами, инкрустированными в металлическую основу столь искусно, что швы не определялись даже на ощупь. — Отцовская маркиза. А до того дедова.
— Именно.
— И почему отдаешь ее мне?
— Разве не ясно? — Удивился гладиатор. — Это — символ власти, а ты единственная оставшаяся в живых законная наследница.
— Но Касиан отдал ее тебе.
— Он был смертельно ранен. Такое, знаешь ли, не добавляет благоразумия.
— И тем не менее он был графом. — Бросив последний взгляд на колечко, Лина с улыбкой отправила его в обратный путь. — Да и где видано, чтоб женщина в рубежном замке командовала?
— Там же где и бастард.
— Помниться, у нас уже был этот разговор. — Улыбнулась Линнет, делая глоток вина. — Я обещала подумать, и вот ответ: я отказываюсь.
— И в чем причина?
— На самом деле их несколько. — Принялась загибать пальцы колдунья. — Прежде всего, я не подхожу на эту роль. Граф… Графиня обязана разбираться в политике, экономике, военном деле, а меня учили вышивать и лобызать самомнение богатым старикашкам. Во-вторых, вчера я наконец поняла суть магии. Ну не то чтобы прямо суть, скорее подвластные мне силы. И отказываться от их развития глупо и бессмысленно.
— А в третьих? — Поинтересовался кузен. Осознанно или нет, он начал подыгрывать странной манере разговора, вальяжно развалившись в кресле и лениво покачивая бокалом в расслабленной руке.
— А в третьих, я наконец могу выбирать сама. Знаешь, есть такое идиотское выражение “как птица в клетке”? Вот я жила именно так. До восемнадцати готовилась к династическому браку, после отправилась учиться магии. Как всегда мечтала, только каждый шаг вперед был продиктован чужим мнением. Дион с отцом отправили меня в путь, милый дедуля-привратник посоветовал навести справки в таверне, а ее смешной владелец указал на учительницу Эриберту… И все происходившее дальше происходило будто без меня. Может это эгоистично, но я не хочу оставаться угодившим в водоворот игрушечным корабликом. Настанет день, и судьба вновь вернет меня в Цаплин Холм…
— …но все, что тебе нужно сейчас — покинуть клетку. — Продолжил Блэйтан и тут же, резко подавшись вперед, безжалостно продолжил:
— Птичка, а ты уверена, что выживешь на воле? Или не залетишь в новую тюрьму?
— Быть может. Но по крайней мере то будет моим решением.
Пожав плечами, брат капитулировал:
— Когда отправляешься в путь?
— Сейчас.
Поднявшись на ноги, девушка повернула голову в сторону двери, и спустя секунду порог переступил крепко сбитый человек в дорожном плаще с капюшоном, полностью скрывающем лицо. За спиной у него маячил двуручник, под темной тканью едва слышно позвякивала кольчуга, каждое движение выдавало в незнакомце пусть и несколько неповоротливого, но опытного воина.