— Что-то насчет того, что Бог подает тому, кто поздно встает?
— Почти.
— Вы остановились у Марты?
— Только на сегодняшний вечер. Вообще-то я остановилась в гостинице на Манхэттене.
— Мне следовало узнать у Марты. Вчера вечером я как раз был в городе. Мы могли бы пообедать вместе и осмотреть достопримечательности.
— Это было бы замечательно.
— У вас были какие-то другие планы?
— Нет. — Мэт Джарвис? Кто это такой? — Я провела вечер тихо, просидев в номере.
— Это в Нью-Йорке-то?
— Так потребовала Марта. Она сказала: никаких наркотиков, никаких пьянок.
— Да что вы… — неуверенно протянул Глен.
— Я пошутила, — сказала она, вспомнив, что ирония — это сугубо английская черта.
— Вы уже познакомились с Джеком? — Глен явно хотел сменить тему.
— Нет, — призналась Джози. — Но очень хочу это сделать. Как вы с ним познакомились?
— Он мой преподаватель джиу-джицу. Я занимаюсь с ним по выходным, когда приезжаю домой.
Вот откуда эти выпирающие бицепсы.
— И давно вы его знаете?
— Пять лет. Но только недавно я узнал, что он и Марта были… — Глен прочистил горло. — Спорю, Марта все время говорит о нем.
— Э… да. — Не говорить же, что они вспоминали о Джоне Ноуксе, но совершенно не говорили о будущем муже. — Постоянно.
— Как вы думаете, они в самом деле любят друг друга? — Глен с тоской взглянул на Марту.
— Надеюсь, что да.
— А вот и Джек, легок на помине, — сказал Глен, и его лицо внезапно осветила улыбка.
Джози повернула голову и увидела, как в церковные двери входит мужчина. На лице у нее застыло выражение ужаса.
Марта бросилась к нему:
— Ты опоздал.
Он обнял ее, не проявив никаких чувств.
— Важные дела.
— Ладно. Теперь, когда ты пришел, мы можем начать. Поцелуй меня и познакомься с моей двоюродной сестрой, прилетевшей сюда аж из Англии.
Джек сложил губы гузкой и чмокнул Марту, издав звук, какой издают лошади, жующие яблоко.
— Джози, это Джек, — Марта вся сияла от гордости.
— Значит, это вы английская кузина, — Джек пожал ей руку, конечно же, как и предполагала Джози, его рука оказалась липкой и холодной.
— Да, — ответила она машинально.
Время вдруг остановилось, и этот нескончаемый момент безмерно усилил ее неловкость. Глен весь лучился дружелюбием, Марта так и светилась от счастья, а Джек сжимал ее пальцы со всем обаянием дохлой рыбы. Это был один из тех моментов, когда невозможно вспомнить, что происходило вокруг. Крыша могла вдруг обвалиться и рухнуть, органист за кафедрой мог убить мальчика из церковного хора, холодный ветер мог превратить тело в ледяную глыбу — вы все равно ничего не заметили бы.
Она посмотрела на них, на свою красавицу-сестру и на ее суженого, и, проглотив комок, стоявший в горле, подумала, что Марта совсем сошла с ума.
Глава 13
Дэмиен сидел в гостиной миссис Бентем и потягивал чай из хрупкой чашечки костяного фарфора. Ручка чашечки была слишком уж мала для его пальцев, и он держал ее очень осторожно, понимая, какому риску подвергает ее. Чай был марки «Дарджилинг», теплый, с молоком. Он чувствовал себя так, как будто вернулся в прошлое: гостиная была полна всяких милых мелочей с цветочным орнаментом, чайных принадлежностей, названия которых он уже успел забыть, подушечек и салфеточек с оборками и рюшами. Она представляла собой разительный контраст с пустыми комнатами Джози на втором этаже, обставленными в минималистском стиле «Икеи». Там ему удалось побывать только раз. В комнате для приема гостей. Больше она его никуда не пригласила. Комната была стильно-голой, и в ней не было ничего, ни единой мелочи, что напоминало бы ей об их совместной жизни. Хотя бы свадебную фотографию оставила, хотя бы одну, хотя бы в память о прошлом. Наверное, эти фотографии с его изображением лежат и выцветают где-нибудь на самом дне старого чемодана на чердаке. Он так и не увидел спальни своей когда-то любимой женщины, и ему хотелось знать, видел ли ее теперешний Таинственный Незнакомец. А ему всегда так нравился запах их спальни. Аромат Джози, сладковатый, густой, насыщенный, в котором смешивались цветочная хрупкость запаха стеганого одеяла и мускусный запах спящего тела, как если бы можно было смешать грушевые леденцы и дорогие духи «Брю 33». А в спальне Мелани пахло, как после бурной ночи в борделе, едкий дух примитивного секса — уж в этом-то не было никаких сомнений. Не то чтобы было так уж важно, чья спальня чем пахнет. Тем более Дэмиену со всей определенностью было сказано, чтобы даже тени его не было у двери Джози. А когда Джози хотела, она могла быть очень упрямой.