Заметим, Мэт показался ей очень милым. Конечно, на него было нельзя положиться. Конечно, досадно, что он не пришел, когда его ждали. Но такова жизнь в наше время. В ходу все одноразовое — молочные бутылки, бритвы, салфетки. Люди.
Ей было любопытно, позвонит ли он ей еще раз. Но к тому времени у нее ведь может появиться кто-то другой. Пуганая ворона куста боится. Возвращаясь к Глену, она была благодарна ему за это ощущение тепла, касающегося ее тела. Он возвышался над ней, как сторожевая башня, и она придвинулась еще ближе, чтобы лучше чувствовать тепло его рук. Давай, Джози Флинн, вперед, к сияющим вершинам!
— Сейчас начнется, — сказал Глен.
И как по команде, над ними в зимнем небе, блекло-белом, как застиранная рубашка, появился самолетик. Он описывал круги над их гостиницей, и на подлете к ним мотор, захлебываясь от спешки, стал лопотать что-то, издавая пукающие звуки. Вдруг откуда-то из задней его части стал вырываться белый дым, и самолетик начал подпрыгивать и нырять, выполняя в воздухе сложные сальто. Толпа нервно охнула. Самолетик казался какой-то умалишенной чайкой. Потом он отрулил обратно и, набрав скорость, легко нырнул вниз к земле. Павлины громко и пронзительно завопили.
Медленно на небе стали проявляться буквы, и когда дым немного рассеялся, оказалось, что через все небо над Нью-Йорком повисла надпись: «МАРТА». Мотор самолетика тревожно зажужжал, и дым стал голубым, а рядом с именем невесты появилась вторая надпись: «ДЖЕК». Еще одна петля, еще один поворот, и дымовой хвост стал красным, и самолет, крутясь и извиваясь, заключил оба имени в красное сердечко.
Под ободряющие крики толпы самолет взмыл вертикально вверх, вращаясь в победном штопоре, и в заключение пролетел над своим творением, развернув в воздухе транспарант, на котором было написано: «В ЛЮБВИ НАВЕЧНО!» Гости вопили от восхищения и выкрикивали свое одобрение пилоту; они аплодировали ему до тех пор, пока не покраснели ладони.
А самолетик, сделав свою работу, растворился в той широкой и высокой голубизне, откуда и появился, а толпа стала редеть, следуя за Мартой в гостиницу, где вот-вот должно начаться свадебное веселье.
Глен повернул ее к гостинице, и они пошли туда вслед за другими гостями.
— Вам понравилось?
— И да, и нет, — ответила Джози.
— В Англии тоже любят такие представления?
— Не сказала бы.
— Почему?
— Мы гораздо сдержаннее и скромнее в проявлении своих чувств.
— Эта свадьба сама по себе — высококлассное представление.
— В наши дни в Англии радуются булочке с горячей сосиской и вчерашнему бутерброду.
— Пошли, стоит посмотреть, какая там еда. Кое-кто выложил приличные денежки на угощение и выпивку. Повезло Джеку, что есть, то есть. Надеюсь, он это понимает.
— Глен, — она прочистила горло. — Вы знаете Джека лучше, чем я. Гораздо лучше. Как вы считаете, они с Мартой подходят друг другу?
— Черт, кто я такой, чтобы судить? Во всяком случае, Марта думает именно так.
— Да, правда. — Джози постучала по камням дорожки носками своих шелковых туфелек, тисками сдавивших ей пальцы. — Он хороший человек?
Глен отвернулся и уставился на небо.
— Эй, посмотрите туда!
Джози проследила за его взглядом. Дым надписи расползся, его клочки разносились ветром в разные стороны. Буквы стали плохо различимыми, потеряли форму или вовсе исчезли. Глен засмеялся. Надпись «ДЖЕК» поблекла, ее буквы исказились, и вместо нее появилась надпись «ДУРАК». «МАРТА» и «ДУРАК». Мужчина, стоявший рядом с ней, хохотал от всего сердца, у него на глазах даже выступили слезы. Но Джози это почему-то совсем не показалось смешным.
— Слава богу, все позади, — Марта упала на диван, обитый мебельным ситцем. — Теперь можно и повеселиться.
Гостиница позаботилась выделить им специальную комнату для невесты и ее приближенных, в которой можно было освежить макияж, прежде чем фотограф начнет свой марафон с бесконечными снимками. Гости были заняты коктейлями, и шведский стол был завален таким количеством съестного, которого хватило бы на пять тысяч человек, случись им забрести на эту свадьбу, а выпивки было столько, что в ней спокойно мог плавать «Титаник». И все это еще до начала самого обеда, так что теперь Джози стало понятно, почему отец Марты жаловался на дороговизну свадеб в наше время.
Вошли две официантки, неся подносы с жареным картофелем, завернутым в ветчину, и самыми большими креветками, которые когда-либо приходилось видеть Джози.