— Три!
Она отпустила букет, и он взлетел высоко в воздух. Он пролетел над головой Марты, осыпав дождем из лепестков, ударился о зеркальный шар, свисающий с потолка над танцплощадкой, и упал прямо в подставленные руки Джози. Она уставилась на него со смешанным чувством изумления и ужаса, желая отбросить, как будто это была горячая картофелина. Гости, совсем обезумев, кричали и свистели ей.
— Давайте поаплодируем английской подружке невесты, мисс Джози Флинн! — заорал в микрофон певец.
И толпа разразилась рукоплесканиями. Щеки Джози пылали. Сжав зубы, она выдавила улыбку и, держа букет над головой, поспешила ретироваться к стойке бара, так быстро, насколько хватило ее ног. Что же это такое? Будь это на английской свадьбе, она бы, наверное, уже лежала, упившись, где-нибудь под столом в алкогольном забытьи и ничего подобного не произошло бы.
— Леди и джентльмены, — закричал свадебный певец, — давайте выясним, кому достанется эта девушка!
Одинокие мужчины гораздо неохотнее принимали участие в этом ритуале, не желая вызывать смех публики. Крепким сицилийцам в черных костюмах приходилось уговаривать их пойти на танцплощадку, и они стояли вразброд, как бы без определенной цели. Глен неловко прятался позади всех. Он бросил взгляд назад на Джози, поморщившись от неловкости, и Джози ответила ему ободряющей улыбкой. На сцене Джек присоединился к Марте и сейчас под звуки песни «Раздевающий» и под пронзительные визги толпы гостей, сопровождаемые их плотоядными взглядами, стаскивал с ноги Марты бледно-голубую кружевную подвязку.
Джози сделала большой глоток шампанского. Интересно, подумала она, смогла бы она когда-нибудь дозреть до того, чтобы полюбить этого человека, женой которого стала ее двоюродная сестра. Его руки совершенно не смотрелись на бедрах Марты. Они были пухлыми, белыми и морщинистыми, руки, напоминающие мерзких червяков, что живут во фруктах, и они прикасались к гладкой, загорелой коже Марты. Есть люди, которых просто невозможно представить занимающимися сексом, маму с папой, например, или принца Чарльза с кем-нибудь; Марта и Джек были в этом ряду. С другой стороны, ей было легко представить себя с Мэтом Джарвисом или даже с Гленом. Можно было представить и Дэмиена с этой штучкой, тем более что для нее это было часто повторяющимся ночным кошмаром.
Справившись со своей задачей, Джек помахал подвязкой в воздухе. Толпа завопила, выражая свою поддержку. И Джек тоже прошел через свадебный обряд, хотя он проделал это с гораздо меньшей театральностью, чем Марта.
— Один! Два! Три!
Он бросил подвязку назад, за спину. Она пролетела в воздухе, помедлила над головами мужчин, тянувшихся, чтобы схватить ее, неловко крутя руками в воздухе. Глен послал вверх свое сильное тело, подпрыгнул выше всех и схватил летевший к нему кружевной пустячок. Гости дико ревели, одобряя его молодецкий поступок.
Глен великодушно поклонился публике и с триумфом понес свой трофей, держа его над головой.
— Дамы и господа, приветствуйте главного шафера мистера Глена Доннели!
Оркестр заиграл что-то победное, и барабан забил оглушительную дробь.
— Приглашаем счастливую пару на танец! — Певец разогревал себя для того, чтобы выдать что-то громкое, но романтическое.
Счастливую пару? Джози залпом допила шампанское.
Рядом с ней появилась Марта.
— Это о тебе, — хрипло прошептала она. — Иди, возьми его.
Джози состроила шутливо-недовольную мину и посмотрела на пойманный букет, высившийся горой над ее запястьем.
— Спасибо, сестричка, — радостно прошептала она в ответ и направилась в центр зала.
Там уже стоял Глен, широко раскинув руки, готовый принять ее в свои объятия. Ну что ж, наверное, все не так уж плохо, тихо улыбнулась она сама себе.
Он обнял ее, и опять раздались подбадривания гостей. Марта вновь была на сцене, спокойно хлопая им, и Джек вторил ей своими хлопками. Она выглядела бледной, и Джози со всей глубиной осознала, что силы ее сестры уже на пределе.
— «У нас торжество сейчас…» — затянул певец.
Глен закружил Джози в вальсе, выведя ее на самую середину зала, здесь к ним присоединилось еще несколько пар.
Глен склонился к ее уху.
— Я тогда говорил серьезно, — прошептал он.
Джози подняла на него глаза и заправила волосы за ухо жестом, который — как она надеялась — был соблазнительным.
— О чем?