Выбрать главу

После этой тирады в мастерской на некоторое время водворилось молчание. Слышалось только щебетание воробьев и тяжелое дыхание Гомо, который счел за лучшее снова предаться объятиям Морфея. Рядом, в другой мастерской, раздавался скрип, постукивание и шорох шести или семи учеников, по-видимому, уже усердно приступивших к работе.

— Благодарю тебя, Дедал, — сказал наконец Феликс. — Ты в общих положениях, разумеется, вполне прав и поступаешь совершенно по-приятельски, стараясь теперь запугать меня. Но тем не менее я пока буду стоять на том, чтобы убедиться в непригодности моей для искусства путем собственного моего опыта. Я уверен, что если в течение целого года буду слушать твои проповеди и с истинным раскаянием ударять себя в грудь, то могу еще получить отпущение всем моим грехам. Теперь же пока дай мне погрешить. Смотри, сюртук я уже снял: остается только засучить рукава.

— Пусть будет по-твоему! — отвечал Янсен, добродушно улыбаясь. — Значит, не так, как Богу угодно, а как угодно тебе! Вот тебе пока модель.

Скульптор пошел к большому своему шкафу и, достав оттуда череп, положил его на столике подле окна. Затем он выдвинул из угла стул, поставил стул этот перед столиком и молча указал Феликсу на ком глины, лежавший в кадке.

— Что же, мы будем изучать френологию? — спросил Феликс, смеясь, но с некоторым смущением.

— Нет, дорогой мой, мы постараемся, по возможности, верно скопировать эту круглую кость. Если будешь прилежен, то со временем перейдем и к другим костям.

— Неужели придется проштудировать так целый скелет?

— Весь по косточкам, до самых пальцев ног. Мы таким образом соединим курс анатомии с курсом форм. Да, милый, — продолжал он, улыбаясь при виде отчаяния, выразившегося на лице ученика, — если ты воображал, что начнешь учение с аппетитного белого женского тела, то очень ошибся. В этой области ты, впрочем, вероятно, поучался уже предварительно…

Он вдруг остановился. В сенях послышался приятный женский голос, говоривший:

— Здесь мастерская фрейлейн Минны Энгелькен?

— Прошу подняться этажом выше, — отвечал хриплый бас управляющего. — Дверь направо, фамилия написана на дощечке; фрейлейн уже два часа как ждет вас здесь.