– Пожалуйста, поешь!
Я снова протянул пиалу – в этот раз Кесси послушно приняла её и начала потихоньку есть.
Мне была непривычна её уступчивость. Я и в страшном сне не мог себе представить, что увижу её в таком состоянии. Но меня тянуло к ней даже сейчас, когда передо мной сидела Кассандра, которую я абсолютно не знаю. Её гордый, твёрдый образ взрослой женщины и успешного преподавателя рухнул, а под ним скрывалось это раненое побитое существо. Грусть, которая отпечаталась во взгляде Кесси, должна была навести меня на мысль, что у неё в жизни что-то не ладится. Но я только любовался этой печалью и никогда всерьёз не задумывался о причинах. Кассандра надломлена изнутри, причём серьёзно, и теперь я не знал, что сказать, – как и она. Тем более мы так долго не общались. Но, с другой стороны, я ведь с самого начала хотел выяснить, что кроется по ту сторону её поддельной улыбки, – и вот моё желание сбылось. Ещё немного, и мне откроется вся правда. Глядя на Кесси, я в который раз поймал себя на мысли, что за месяцы разлуки мои чувства к ней не угасли. Они даже не ослабли. Я просто игнорировал эти чувства, потому что так хотела она. Мариса моя девушка, но люблю я Кассандру. Я всё ещё не сдался и не смирился с тем, что она никогда не станет моей.
– Удивительно, что парень в твоём возрасте умеет готовить, – произнесла она робко. Ей было неловко в моём присутствии. Это чувствовалось. Мы всё ещё сидели на полу друг напротив друга. Не знаю, сколько времени мы провели в молчании, но Кесси доела бульон, поставила пустую пиалу на журнальный столик и плотнее укуталась в плед. Её заметно морозило. Я боролся с желанием придвинуться ближе и обнять её. Так бы она быстрее согрелась.
– Я не умею готовить. Забросить курицу в воду, посолить и насыпать туда лапши сможет даже ребёнок, – хмыкнул я. Мне не хотелось приписывать себе таланты, которыми я не обладал.
Кассандра слабо улыбнулась. Я насторожился. Даже эта еле заметная улыбка была совсем не такой, как раньше.
– Всё равно очень вкусно, – похвалила она меня. – И почему ты всегда оказываешься в ненужном месте и в ненужное время и спасаешь меня из передряг?
Эти слова прозвучали с порцией горечи и вины. Она отчаянно отталкивала от себя любую помощь, и теперь я понял, что, скорее всего, она так поступает не только со мной.
– А по-моему, как раз наоборот – я всё время оказываюсь в нужном месте и в нужное время.
Кассандра болезненно сглотнула. Она отважно боролась с подступившими слезами. Внутри меня шла безжалостная война. Вид обезоруженной, хрупкой и ранимой Кесси повергал меня в неистовство. Меня буквально раздирало на части от желания кинуться к ней, но разум меня останавливал. Однажды она сказала, что я сбиваю её с толку своим напором. Сейчас я боялся сделать неверный шаг, доломать то, что сломано. Я хотел, напротив, склеить всё в одно целое и бережно хранить.
–Ты слишком добрый, чересчур добрый! – отозвалась она и уставилась в пол.
– Я так не думаю, – произнёс я тихо. – Просто ты всё ещё мне нравишься, и я не могу равнодушно пройти мимо.
– Вот именно поэтому я и говорю, что ты слишком добрый! Даже когда я тебя прогнала, ты нянчишься со мной. Ты не должен был этого делать, не должен был вмешиваться.
– Но я вмешался, и что теперь? Хочешь снова меня отшить? – спросил я спокойно, зная, что сейчас ей будет не так легко это сделать.
Она подняла на меня мерцающие от слёз глаза.
– Зачем тебе всё это, Лео?
– Я же уже сказал, ты мне нравишься. Это недостаточная причина? Что ещё нужно? Скажи! Дай мне хотя бы просто поддержать тебя! Я ведь не прошу ничего взамен.
– У тебя есть девушка. Всё это не имеет смысла, – выдала она и отвернулась в сторону. Я дёрнулся от неожиданности.
– Откуда ты знаешь?
– Гидо сказал, а ещё он сказал, что у тебя наконец всё складывается как надо. Я рада за тебя. Лучше поскорее выкинь глупости из головы. Когда моя одежда высохнет, я сразу уйду домой, а ты забудешь, что сегодня произошло.
Про себя я негодовал. Значит, эти двое на своих дополнительных занятиях успевали и меня обсудить! Вот зачем? И Гидо, конечно, не упустил возможности отвернуть Кассандру от меня. Мог ли он догадаться о нашей взаимной симпатии? Конечно мог! Он наблюдательный парень. А если и не догадался, то всё равно замечал странности. Возможно, Кассандра невзначай интересовалась мной и задавала вопросы, ведь мы с Гидо друзья. От него это по-любому не ускользнуло. Не думаю, что Кассандра часто интересовалась личной жизнью своих студентов.
– Я не люблю Марису, – сказал я прямо. – Я просто стараюсь стать лучше, как ты меня учила. Мариса неплохая девчонка, и мне не хочется её обижать. С ней комфортно, но как только она узнает, что я чувствую на самом деле, всему придёт конец, как и с остальными.