– Я не уйду. Мне от тебя кое-что нужно.
– Да кто вы вообще? Мне нет абсолютно никакого дела до того, что вам нужно! – возмутилась я.
– Есть! Ещё как есть! Ведь мы в одной лодке, – проговорила она язвительно, и от её кривой усмешки у меня кровь застыла в жилах. Мой взгляд нервно скользнул к её правой руке, которой она держала большие ножницы с тонким длинным остриём. – Я – Мариса. Бывшая девушка Лео. Не смогла удержаться, чтобы не посмотреть, на кого меня променял этот недоделок.
Ситуация застала меня врасплох. Лео в последнее время даже не упоминал при мне о Марисе, и я фактически забыла про её существование. Как она оказалась у меня? Какая нелёгкая её сюда принесла? Они же с Лео вроде как всё прояснили и расстались, но сейчас эта девушка стоит передо мной с явным намерением меня запугать – иначе зачем она прихватила с собой ножницы? Когда она снова шагнула вперёд, я отпрыгнула как можно дальше. Внутри всё похолодело от липкого предчувствия беды. Ладони вспотели, биение сердца разрывало грудную клетку.
– Посмотрела? Теперь проваливай! – встала я на дыбы. Она пришла с дурными намерениями, и вежливость мне отказала. Я не собиралась обнажать свой страх.
– Не та-ак быстро, – пропела Мариса. – Я не уйду, пока ты не сделаешь то, что я тебе скажу, – она вдруг закатилась истеричным смехом и никак не могла остановиться. У этой девушки что, не всё в порядке с головой? Нужно было что-то предпринять, но я совсем растерялась. Потом Мариса схватилась за голову, как будто её мучила сильная боль, и добавила:
– Какое унижение. Я притащилась сюда, а оказывается, он бросил меня ради старухи. – Она снова сверкнула на меня сумасшедшими глазами. – Брось его! Ты должна его бросить, поняла?! Он должен страдать, он заслуживает страданий! Он не уймётся! Никогда! Ты тоже окажешься на свалке, как я и все остальные! Его ничто не проймёт! Я даже с его другом переспала – на всякий случай, чтобы перестраховаться, если он прыгнет в чужую кровать. Но ему и на это плевать! Он не человек, а последняя тварь! – проорала она. На глазах у неё выступили слёзы обиды.
Я не знала, как мне отвечать на этот бред. Я ещё ни разу не сталкивалась с такой лютой ненавистью на почве неудачного опыта в любви. Причём всё выглядело так, будто она старательно взращивала эту ненависть, пока находилась в отношениях с Лео. Мариса заранее запрограммировала конец, и он пришёл. Теперь у неё появился настоящий повод для гнева. Она решила свести счёты с Лео через меня, так как другие методы не сработали.
– Успокойся, – сказала я твёрдым спокойным голосом, включая учительское хладнокровие, хотя сама была на гране истерики. Я не переставала поглядывать на ножницы в руке Марисы, которые она не собиралась убирать. Может быть, у меня получится деэскалировать ситуацию, если попытаюсь ей втолковать, что месть ей не поможет. – Тебе больно и обидно, я понимаю. Ты хотела отомстить ему, и ты отомстила. Лео не показывает, как ему тяжело от размолвки с другом, но ему тяжело. Они с Дирком больше не смогут общаться так, как раньше. Разве этого мало?
– Ни черта ты не понимаешь! Конечно мало! Я его люблю! Лю-блю! – повторила она каждый слог, как будто любовью можно оправдать любое безумство. – Лео должен рыдать, пресмыкаться и вымаливать прощение! Лишь тогда это будет раскаяние! Он предал мои чувства – это преступление! Я должна заставить его сожалеть и почувствовать ту же невыносимую боль от разбитого сердца, какую чувствую я! – завизжала она так громко, что у меня зазвенело в ушах.
Как можно желать страданий любимому человеку? Нет, это точно не любовь. Она просто хотела владеть Лео как вещью, чтобы хвалиться своей собственностью направо и налево, а когда у неё не получилось, от отчаяния начала кидаться в крайности.
– Ты не знаешь, что такое настоящее предательство любимого человека, – произнесла я тихо. – Но даже если тебя предали, это не оправдывает того, что ты отравляешь своей ненавистью невинных людей.
– Затки свой рот, уродливая сучка! Ты бросишь Лео, а если нет, я тебя заставлю!
Она подняла ножницы вверх, демонстрируя свой решительный настрой. Внутренний голос во мне посмеялся над моими убогими попытками разрулить ситуацию. Лишней болтовнёй я только усугубила своё плачевное положение. Я огляделась в поиске чего-нибудь, чем можно защититься от острого предмета. К сожалению, под рукой ничего не оказалось. На секунду я бросила взгляд в сторону дивана с подушками, но откинула идею рвануть к нему. Резкие движения могли ещё больше спровоцировать Марису, так что я осталась на месте. Я подняла руки, демонстрируя свою беззащитность и делая ставку на оставшиеся аргументы: