Слышу, как дочери перешептываются, о чём-то споря на кухне. До меня долетают обрывки фраз:
– Она обратно деньги заберет!
– Не заберет, когда она забирала? Я Вальке на аборт обещала занять…
Закрываю уши ладонями, чтобы не слышать ничего. Для меня мои девчонки – по-прежнему всё те же капризные малышки с измазанными в яблочном пюре мордашками. Милые, родные, пахнущие молоком и детским мылом. Цепляющиеся за мою юбку и признающиеся мне в любви. Тепло, по-детски наивно и трогательно, не выговаривая букву «Л».
Судорожно выдыхаю, давя в себе непрошенные слезы. Всё это мелочи жизни. Они могут говорит всё, что угодно. Решение всё равно за мной. А я никуда не поеду. Не в ближайшее время точно. Даже спустя семь лет обида не перегорела, так зачем мучать себя?
Через два дня в выходной ранним утром раздается звонок в дверь.
Девчонки еще спят, по субботам они отсыпаются до полудня. Со скрипом поднимаюсь, щурясь на часы. Восемь. Боже, кого там принесло в такую рань?
Иду в прихожую, смотрю в глазок и распахиваю дверь. Вера Семеновна окидывает меня насмешливым взглядом.
– Проснись и пой, соня, – шагает вперед, тесня меня от двери, – не ждала? Знаю, что не ждала!
– И вам доброе утро, – выдыхаю обескураженно.
И почему было не предупредить о визите? Я хотя бы подготовилась. Морально.
– Не рада? – скрипит она, грохая тяжелой сумкой об пол. – И правильно. Я знала, что ты тряпка и никогда не решишься приехать, пока тебя на пинках не погонишь, Алька! Вот я и приехала сама. Давай, поднимай задницу и собирайся в гости к любимой свекровушке! А то Елисею нажалуюсь! Ишь, совсем без меня распоясалась!
5
– Девочки спят, – выдыхаю, кусая губы.
– Ну пускай спят, что я, мешаю? – деликатностью моя бывшая свекровь никогда особо не отличалась. Кивает на сумку: – тащи на кухню, это гостинцы вам.
Живёт она не так далеко, в своем доме в области, часа три езды. Проснулась в несусветную рань, чтобы устроить мне «отличный» выходной.
Еле поднимаю тяжеленную сумку. Боже, чего она туда поналожила?
– Ну, дай посмотрю на тебя, – бывшая свекровь заходит следом за мной на кухню, берет меня за руки, – хорошая… не растолстела даже, молодец. А Маринка отожралась, как будто кровь у Елисея пьет, гнида такая!
– Зачем вы приехали, Вера Семеновна? – вытягиваю ладони из ее рук.
Она поджимает губы. Видимо, надеялась, что я кинусь к ней с распростертыми объятиями.
– Что значит зачем? – усмехается недовольно, наклоняясь к сумке. – Я тебе все сказала, Аля, не строй из себя дуру и вспомни, в каких мы были с тобой прекрасных отношениях. А также чем ты мне обязана вспомни.
Женщина начинает выкладывать на стол гостинцы: банки с вареньями, домашнее лечо, соленья. Всё по классике. Как будто мы тут голодали без ее гуманитарной помощи…
– Чем именно обязана? – цежу недобро.
Недостаток сна и возмущение внезапным вторжением приглушают мою обычную вежливость.
– А кто тебя с Елисеем познакомил? – вскидывается она, понизив голос. – Позабыла уже?
Да, позабыла. Долгие семь лет мне не хотелось об этом даже вспоминать.
Мне было двадцать, когда я нанялась подрабатывать в магазине одежды. Крошечной стипендии студентки педвуза не хватало на жизнь, и приходилось искать дополнительный источник дохода. Родители особо не помогали. Отец пропивал из дома всё, что плохо лежало.
Я проходила собеседование с хозяйкой магазина – Верой Семеновной, тогда еще импозантной женщиной в возрасте с густыми темно-каштановыми волосами, убранными в пышный пучок на затылке, и в длинном темном платье с золотой цепью поверх.
Я ей понравилась сразу своей скромностью и доверчивой простотой. Прочитав мою анкету, она окинула меня цепким взглядом и поинтересовалась:
– А парень то у тебя есть, Аля?
На этот вопрос я только покраснела. Когда бы мне было заводить личную жизнь, если учеба отнимает все свободное время? Но Вера Семеновна поняла это и так без моего ответа.
– Ладно, работай, – одобрила, – посмотрим на тебя.
И она смотрела, наблюдала, не скрываясь, часто заглядывая в магазин неожиданно, как снег на голову. Смотрела, как я одеваюсь, как говорю, как веду себя с клиентами. И наконец выдала:
– В выходной у нас мероприятие, будь готова. Платье нарядное есть? Макияж наносить умеешь?
Я только кивнула, не смея перечить. Зарабатывала я в магазине хорошо, даже чаевые оставляли. На первую зарплату я купила домой полную сумку продуктов, а себе новые колготки и платье. Скромное, но элегантное.
На следующий день Вера Семеновна повезла меня к себе в гости. Я не сразу поняла, что происходит. Она привела меня в холл красивого белоснежного особняка, от вида которого я даже немного струсила. Женщина улыбнулась высокому молодому человеку, стоявшему с газетой у окна.