Они живут вчетвером вместе с внуками. Мальчикам из их дома ближе до школы и академии, в которую собираются поступать. Все довольны таким раскладом.
Мамой им я не стала, да и не стремилась особо. Детей у меня и без того достаточно. Да и мальчики казались слишком самодостаточными, чтобы нуждаться в ком-то, кроме отца. Но Вера Семеновна убедила их в обратном, заменив им мать.
В нашу семью она больше не совалась. Вообще. Мы общаемся крайне редко. В последний раз разговаривали на выписке Елисея.
Женщина смотрела на меня слезящимися глазами, полными благодарности.
— Береги семью, дорогая. Это самое ценное, что у нас есть, — сказала напоследок.
И я берегу, как драгоценность. Именно в этих родных людях и заключен самый настоящий смысл и счастье.
Они мои, какими бы ни были. Мои дети, мой муж. Они любят меня искренне, честно, от души. Их любовь дарит мне силы и держит мою душу в тепле, не позволяя ей остывать. Они - моё всё, а я их.
И не важно, что было, важно — что будет.
Я сама вышью картину моего светлого будущего. В тех оттенках, которые нравятся только мне. И никому не позволю его испортить. Больше нет.
Мы поженились совсем недавно, когда вышел установленный мною «испытательный срок». Просто пришли и расписались. Я тоже не люблю пышных празднеств.
Маринина мать еще жива, но уже не ходит. Смерть дочери сильно ее подкосила. Она лечится в какой-то закрытой клинике. Не думаю, что сможет оттуда уже выйти.
Возраст, грехи, карма...
Елисей подходит ко мне со свертком на руках. Смотрит на меня сверху-вниз и немного наклоняет свою ношу так, чтобы я могла увидеть крошечное насупленное личико своего внука.
Малыш спит, но я уже вижу, насколько он похож на Елисея.
— Видна порода, — улыбаюсь.
Мужчина кивает.
— И на тебя тоже похож. Такой же красивый. А сколько у нас еще будет внуков, Аля... — он тихо смеется.
От звука его смеха поверх моей кожи начинают бегать щекотные мурашки.
Это теперь часть моей жизни. Его смех, взгляд, теплые руки и его фирменный капучино с ванилью, который мужчина готовит мне по утрам.
Я разрешила себе отпустить боль и полюбить снова. И это оказалось самым лучшим моим решением.
Нет, я не пожалела.
Я пожалела лишь о том, что не сделала этого раньше.
Зять забирает у Елисея малыша, чтобы спуститься с ним по лестнице и положить в автолюльку. Все смеются, умиляются новой крошечной жизни. Вокруг царит атмосфера доброго праздника, теплой любви и счастливых слёз. Понимаю, что в полной мере могу оценить ее именно сейчас, в этот самый момент, пережив всё, что пережила.
Жизнь прекрасна еще больше, когда знаешь ей цену.
Елисей берет меня за руку, целует в висок, и мы с ним идем к машине вдвоём. Пальцы греются в его сильной широкой ладони.
Потому что я так выбрала. Потому что я так хочу.
И свое счастье я больше никому не отдам, сколько бы его ни выпало на мою долю.
И больше не отпущу и не откажусь.
Никогда.