Для Бога нет сложности, всё возродить –
Вплоть до мельчайшей частички материи…пылинки:
Точно так же, или же в миллиарды раз лучше.
Да, невероятно преступно,
Беспримерно горько, если тленное наше убьют – то, что было…
Но страшней – если смогут убить то, что одну лишь имеет, Вечную нескончаемую нить –
Их, и ими смущенных, души…
Не то, к чему: – через что нам даны все эти любимые нами минут счастливых чувства…
И не то, что любили, а как могли бы любить…
Я любила тебя каждый день – там… Давно.
Я любила тебя… всю мою – до ниточки…
Жизнью было моей, то и дело, в окно
За тобой подсмотреть, сквозь москитное ситечко…
Я перестала любить. Отложив на потом…
Нет времени. Ты поймёшь. И ещё успею ведь.
И неловко теперь стоя перед тем же окном
То, что раньше сказать… Сама в это верила ли?..
Я люблю и вижу в тебе себя.
А в себе – души-свет-твоих-окон…
И каждый третий радостный снег декабря,
Маршрутов автобусных нити-волокна…
И твоих суматошных ларьков
Просмолённые светом журналы…
И на рынке трезубец рядов,
Где от швабр…через творог… а дальше сало.
Я люблю твои двери метро,
полыхающие как простыни…
То изнутри дышашие жарко-тепло…
То холодным железом в кости мне…
Все твои фонари на асфальт;
Магазина, машин переклич с светофорами…
Ветер сепией сделавший площадку, дома.
Дипломат от дождя – уже скоро-скорого…
Я люблю как бежали домой
Под дождя тонко-струйками топкими…
И как пряталась я от него с головой
В молоке с кукурузными хлопьями…
Я люблю, не могу не любить!..
Эти тубы улиц заснежено-тёмные.
Я сама, заставляя себя не любить,
Не узнавала, потом, себя от того что не помнила…
Я перестала…Спеша, отложив на потом…
Ты не винишь…знаю…знаю, я…Плачу?.. Нет…
Ты всё понимаешь, хорошая, ждёшь, а я… н-нет, не о том…
Я у себя – не тебя… забирала, спеша своё самое главное…
Я люблю, но теперь не как то,
Что всё лучшее мне в моей жизни дарило -
А как то, что с ним вместе мне даром дано
Божьей Любви Великою Силой…
Ради того уже стоило мне это так полюбить –
До потери всего, что было мне ценное,
Что бы после уже суметь оценить -
Что и всё это отдать легко готова за Вечное Счастье нетленное…
Ходить бы вечно могла
Среди этих головок кустовых
Качающихся от ветра тепло уютно.
Вплывая в каждую минуту – подобно светлому сну…
Всегда брать могу -
А когда нужно от меня?..
Когда должно для помощи мне сделать хоть что-то -
Не могу, не хочу…
Не готова,
Будто?..
Я люблю этот город – пропитан то ярким, слепящим солнцем,
То фонарей смолью, то ватою-снегом…
И пусть бы даже и эта любовь мне от него не вернётся -
Я ещё и в долгу – за всё то, что мне, с ним в связи, чувством Счастья Богом даётся.
Я люблю, но разве лишь для себя?..
Если жива любовь лишь пылкой готовностью брать?..
Разве Выше Она – тех, кто сам никогда не любя,
Преуспел безгранично любовь получать?..
Смотреть могу ль, как на каждой площадке детской -
Взятый в плен твой любимый город,
Связан тревожными ленточками?!.
по рукам и ногам скамеек и горок?..
В Последнее Время – грады, стихии… ливни, дожди…
Хлещут по земле, словно розги по спине её … и стали дороги как реки.
И не лучше ли, разве всего это и говорит -
О Правде и Воле, и наказании, и Силе Божьей, человеку?..
Когда видишь, как Богом созданные вспышки,
Распарывают, разрежают атмосферу…
Вселяет и это сильную Веру
В то, что каждый наш голос Великим и Справедливым Пастырем слышим.
Гласом грозным – мощным раскатом
Прокатилось и вот – снова…
Оттуда катится – вот, сюда…
И я Верю, что столь же Мощным Голосом ПРАВДЫ
Вся жестокость и ложь будет обличена…
Мазками Искусно-Широкими;
Мудро – так в сложности просто!..
Рисует Великий Художник -
Неслыханно новые землю и воздух!..
Рисует, Меняет места -
Те, что, казалось бы,
Давно устоялись -
Несдвижимые, закоснелые прочно и крепко рельефы…
И вы смотря, на это, не смыкая глаза -
Понимаете – есть сила, что так Велика
Что изменить может всё, о нашем мире, имеющееся представление…
Пробивает новые русла
В земле – бывшей доселе сухой…
И пусто, до-трещин-сухо
То, что прельщалось журчащей, бегущей водой.
Где раньше лишь асфальто-брусчатково дорожки,
Не двигаясь вниз
Сверху с пригорка к пруду бежали -