— Это единственное, что останется от всего нашего дела, — смеялся тренер Киндр и тут же добавлял, что это не так уж мало.
Агаджи и Удаху были настроены более оптимистично и утверждали, что теперь волейбол станет настоящим «фаворитом» в спорте.
— А как вы считаете? — спросил меня преподаватель Агаджи.
— Мне для полного счастья не хватает тропического леса.
— Его вы увидите в Баду, мадам, — сказал Удаху.
В тропическом лесу
Баду — город в Западном Того, всего в нескольких километрах от границы с Ганой. Он расположен в красивой долине, окруженной горами, цепь которых протянулась от Кпалиме на юге к Сокоде на севере. Это самая богатая и самая плодородная область Того. Здесь выпадает максимальное количество осадков (1700 мм в год) и поэтому влажность самая высокая. Это район какао и кофе. Здесь живут акпоссо, западная ветвь эве, которые, как гласит традиция, также пришли из Нуатии, исконной родины народа. От набегов ашанти со стороны Ганы они укрылись в горах, которые не очень высоки — самая большая достигает 780 м, — но обеспечили им надежную защиту. Они выращивали особый сорт проса — фонио, обменивали продукты на каучук. Только после прихода немцев, которые начали закладывать плантации кофе и какао и нуждались в рабочей силе, местные жители, одни добровольно, другие по принуждению, вернулись в долину.
Из Атакпаме мы ехали по хорошему шоссе, поднимавшемуся в гору, крутые повороты становились все-чаще. Наш шофер, привыкший ездить по ровной местности, вдруг потерял обычную уверенность, а неожиданные повороты, скрытые высоким кустарником и травой, выводили его из себя. Перед каждым он останавливался и сигналил и если бы не стеснялся, то, вероятно, вышел бы из машины и пошел посмотреть, не едет ли кто навстречу. Мсье Киндр сидел как на иголках и наконец предложил Батаско уступить ему место за рулем. Батаско удивленно качал головой, продолжая жевать стебель чвапие. Его уважение к мсье Киндру еще более возросло.
Сверху открывался прекрасный вид на долину и обрывы с множеством оттенков зеленого цвета: от темного и яркого до нежного светлого, почти желтоватого. Только в руслах речек сверкали красные цветы олеандров, а у шоссе можно было видеть красные листья.
Наших спутников эта красота не трогала, они оставались безразличными к ней, хотя попали в горы впервые. А когда я просила остановиться, чтобы посмотреть вниз, они поднимали отяжелевшие веки и говорили:
— Мы туда приедем, и вы сможете увидеть все это вблизи.
Снова я получила подтверждение тому, что тоголезцы пресыщены красотой и красками своей природы, даже самый прекрасный пейзаж не пробуждал у них особых чувств. Я увидела на склоне вдоль шоссе необычное дерево с жесткими, остроконечными листьями, напоминающими языки. Раньше его не встречала и спросила Удаху, как оно называется. Он безразлично пожал плечами:
— Бесполезное…
— Но название у него все же есть?
— А зачем ему название, если оно бесполезное? — удивился он.
— У всех растений есть названия, — настаивала я, — но, возможно, вы его не знаете…
— Растения и деревья, от которых нет никакой пользы, не заслуживают названия, так у нас принято в Африке, — повторил усмехаясь Удаху, как бы уличая меня в незнании простейших истин жизни.
Баду производит прекрасное впечатление. Симпатичные низкие домики, чистые улицы, масса цветов и зелени. Здесь есть современный отель и первый в Того мотель, что говорит о намерении развивать в стране туризм.
В отеле, где мы поселились, к нам подошел европеизированный африканец лет тридцати и спросил, не нужна ли его помощь. Нас это не удивило. Мы уже привыкли к тому, что нам предлагали свои услуги совершенно незнакомые люди, и следует добавить, совершенно бескорыстно: никто из них не требовал вознаграждения и даже не ждал благодарности. Для них это было естественно, само собой разумеющимся, для нас — необычным. Того же, конечно, африканцы ждали и от нас. Сначала нам казалось, что они неблагодарны и неспособны должным образом оценить ни подарок, ни услугу. Мы обычно думаем, как отблагодарить, африканцам такой образ мыслей чужд. В них нет ни расчетливости, ни опасения быть кому-нибудь обязанными. Они устанавливают контакты очень просто и естественно. Достаточно улыбки, приветствия. Люди проявляют интерес к собеседнику, и вопрос «как дела?» здесь не условность, за ним сразу следует второй — «как тебе помочь?».
Подошедший к нам молодой мужчина оказался председателем партии ОТН в Баду и директором государственного сельскохозяйственного центра с обширными плантациями бананов, какао, кофе. Он изучал в Сорбонне биологию, вначале хотел заняться наукой, но стремление применить свои знания на практике победило. За короткое время он добился блестящего общественного положения и благополучия.