Базар в Кпалиме самый богатый, какой я видела в Того. Цены на некоторые сельскохозяйственные продукты вполовину ниже, чем, скажем, в Ломе. Наибольшее впечатление на меня произвели горы огромного ямса. Чаще всего они были прикрыты брезентом от солнца. Я нигде не видела такого количества парикмахеров, как здесь. Вокруг базара их были сотни, и все были заняты. Их заведения украшали плакаты с искусно и наспех нарисованными моделями причесок. На скамеечках и стульях сидели клиенты, покорно отдавшись в руки мастеров. Прическа делается три часа. Сначала волосы расчесывают, а потом сплетают в мелкие косички, похожие на хвостики. Концы косичек, которых на голове получается около двадцати, прочно обматывают черной тесьмой. Другая модель такой прически — «антенна», волосы вообще не заплетаются, а лишь обматываются и «антенна» получается жесткой. Европейцам эти хвостики на голове могут показаться смешными и не очень практичными, потому что их хватает на три-четыре дня, но мода есть мода. Вернее, надо было бы сказать: традиция есть традиция.
Председатель федерации волейбола преподавал в Центре специального сельскохозяйственного образования в Тове, в 3 км от Кпалиме. В 1930 г. здесь французами было основано училище. А сегодня это комплекс зданий с прекрасно оборудованными кабинетами и мастерскими, общежитиями для учащихся и коттеджами для преподавателей. «Ученики» сами ухаживают за парком, который, в сущности, является ботаническим садом, и работают на опытных участках, занимающих 30 га. Здесь разбиты плантации хлопка, деревьев какао и кофе, выращивают маниок, рис, кукурузу, ямс и другие культуры, различные виды плодовых деревьев.
Центр делится на две части: на училище и Государственную сельскохозяйственную школу, которая приравнивается к сельскохозяйственному институту.
Училище трехлетнее. В нем учится молодежь от пятнадцати до двадцати двух лет. В процессе обучения они проходят практику непосредственно в селениях, живут в семьях крестьян и работают с ними в поле. Уже на второй год обучения учащиеся специализируются по трем отраслям: в растениеводстве, животноводстве и рыболовстве, лесоводстве и охотоводстве.
Государственная школа основана в 1967 г. для молодежи восемнадцати — двадцати трех лет. И здесь обучение рассчитано на три года. За годы обучения студенты должны овладеть новой технологией и научиться обращаться с современной техникой. Особое внимание уделяется использованию теоретических знаний. В последний год обучения студенты получают конкретные задания в селениях или государственных хозяйствах. Для них это дипломная работа. После окончания учебы они получают звание инженера по механизации сельского хозяйства.
Центр специального сельскохозяйственного образования в Тове — образец того, какими должны быть в ближайшем будущем высшие учебные заведения в Того. Главная их задача — связь обучения с конкретными задачами экономики.
Мы миновали символические ворота и въехали на территорию Центра. Спросили встретившихся учеников об интересующем нас преподавателе. Трудность заключалась в том, что мы не запомнили его имя. И учащиеся качали головами.
— У него жена белая, — подсказали мы.
— Jovo! — обрадовались они.
Jovo на языке эве буквально значит «обваренный». Местным жителям лицо белого человека, тяжело переносящего беспощадное африканское солнце, действительно должно казаться таким. Вначале нам это сравнение показалось грубым, но потом мы решили, что, пожалуй, в нем было даже что-то дружеское, сочувственное и в детских устах оно звучало почти ласково.
Две девочки, более светлые, чем остальные, радостно воскликнули:
— Это наша мама!
И сразу же предложили проводить нас. Другие дети присоединились к нам, так что образовалась целая процессия.
Из дома, к которому нас привели, вышла молодая женщина в пестром платье и воскликнула:
— Как хорошо, что вы приехали!
Она произнесла это по-чешски, и не скажу, что нас это удивило. Нам было известно, что преподаватель, которого мы искали, учился в сельскохозяйственном институте в Праге и привез оттуда жену-чешку. Его не было дома, хозяйка проводила нас в хорошо обставленную квартиру, где многие вещи напоминали о ее родине. Среди книг большинство было чешских, целая полка заполнена курсом лекций по сельскому хозяйству. Стены жилых комнат увешаны вышивками ручной работы. В первую минуту мы решили, что хозяйка от скуки занимается рукоделием, но она объяснила:
— Это все работы моих учениц. Некоторые довольно искусно выполнены, не правда ли?