- Еще, - кричал режиссер.
Оператор перестроил кадр, Андрей и Аня не могли заговорить, весь сарказм и чувство юмора зависло в прошлом.
"Правильно, к чему слова...".
Взгляд Андрея говорил лучше слов, как и крепкие объятья. Вот он - призыв к действиям, а в фразах, долгих, иногда сложных, все укатиться в пропасть, покроется льдом и рухнет, так что всем станет больно. Они зайдут в тупик и не дадут результат, на который так наделись режиссер и продюсеры.
В этот вечер Аня позволила себе стать особенной для Андрея. Он обнял девушку и оторвал от пола. В следующий миг Аня зависла между небом и землей. Потом последовало мягкое столкновение со стеной. Девушка очутилась на тумбочке и спиной чувствовала холод зеркала.
Не дав опомниться, Андрей поцеловал Аню, так, что прошлый поцелуй на фотосессии показался легким и несущественным.
А дальше…Что было дальше? Напор, сжимание в объятьях, касание.
"Какая же ты хрупкая деточка, - думалось Анне, пока мысли могли выстраиваться в цепочку, а не плавали в хаосе, заменяясь действиями".
Если подумать, то Аня ни чего и не делала, не успела, она просто отдалась на волю рокеру, его сильным рукам, как бы приговаривая – Давай расскажи о себе, я слушаю, ощущаю…
Что это за вкус? Вкус страсти, вкус бешенной неконтролируемой энергии, вкус жизни в самом лучшем ее проявлении. Такого вкуса еще не было на губах у девушки. И она была рада оттого, что и секунды покоя не было у нее в этих объятьях, только если глотнуть еще воздуха, и тут же возвращаться, повторять ощущение.
Несколько раз их взгляды переплелись, а затем вновь возвратились к молчаливым касаниям.
Камера снимала с трех сторон. Крупный план, дальний план и лицо Андрея. Аня думала, что теперь его поклонницы дадут ей яд или плеснут кислотой в лицо. У Андрея еще не было таких клипов. Музыка звала, развязывала язык тела, щекотала нервы и вгоняла в краску.
Поцелуи погружали их в другое измерение. Все слова, что это не правильно и все только ради музыки, улетали на второй план. Им было хорошо в моменте. Аня ловила движения мужчины и позволяла играть с собой. С каждой секундой близости, девушка убеждалась, что он ее хотел. Знание щекотало самолюбие, но мешало разобраться в собственных чувствах.
Его объятья необходимый плен или сладкое спасение? Режиссер запустил туман и их фигуры стали подобны призракам, что растворились друг в друге. Аня слышала, как в унисон бьются их сердца и вторят тону музыки. Ритм рока стирал прошлое и будущее, оставляя лишь настоящие прикосновения Андрея.
Они прервались на несколько дублей, режиссер менял ракурс и сверял кадры, Андрей пел Анне и они совсем не разговаривали.
Девушка радовалась, что на съемках не было Виктора. Она бы не смогла расслабиться при продюссере. Про контракт они больше не говорили, ведь настала пора упорной работы. Аня прекратила жаловаться и причитать. Она сама оказалась на дне и приходилось выцарапывать путь на вершину.
Андрей напоследок поцеловал ее в уголок губ и режиссер остановил камеру. Аня завершила съемки. Она сладко улыбнулась Андрею и тот отступил. Им больше не надо притворяться и играть.
- Чувствую, клип будет бомбой, - сказала девушка и спрыгнула на пол.
- Уверен, - кивнул Андрей.
Без разговоров они разошлись по углам. Андрею и группе еще предстояло дописать сцену, где они играют, а Анна могла спокойно ехать домой. Однако девушка не представляла, как сядет за руль. Энергия пульсировала в груди, голову пробивала боль. Ей срочно нужен отдых в тишине, где она сможет осмыслить все, что произошло. Волнения и расшатанные чувства сурово испытывали организм.
Аня вышла в светлый коридорчик и застыла у кофе-машины. Они находились на десятом этаже в популярном студийном здании, за стеной кто-то смеялся и хлопал, режиссер обмолвился, что там снимали сериал.
Приятный запах кофе чуть успокоил. Девушка выбрала легкий латте и ждала под эхо гомона из-за стены и жужжания машины, где кофейные зерна прыгали по жерновам.
Позади она расслышала шаги и, не предполагая ничего ужасного, обернулась к прохожему. С довольной улыбкой к ней шел Борис. Когда-то любимое лицо со светлыми кудряшками, сладкой ухмылкой и ясными зелеными глазами, теперь вызывало отвращение. Ей надоели его бесконечный флирт с актрисами, постоянное манипулирование и пренебрежительное отношение. Он отмахивался от нее, когда нужна, но прибегал всякий раз, когда хотел использовать. Финальной точкой стал подслушанный разговор, в котором Борис хвастался ролями и говорил о том, что роман с Анной удачное вложение, хотя и не приносил удовольствия.