— Возьми человека с охраны, пусть поможет навести порядок в комнате и уберите под окном пока отец не вернулся, — скомандовал он женщине средних лет, что встретилась по пути.
Я впервые за время пребывания в доме вышла за пределы комнаты. Логово зверя оказалось не таким уж и устрашающим. Вполне приличный ремонт, скорее даже уютный. Старые семейные фотографии расположились на стенах. Лица на снимках разглядеть не удалось, так как Серхио стремительно вел меня по коридору.
Мы вошли в другую комнату, так же считавшейся спальней. Но по сравнению с той, что я разгромила, более просторная. Но оттенок стен и мебели на несколько тонов темнее. Солнечные лучи летнего дня пробивались сквозь закрытые темно коричневые шторы и падали узким просветом на большой платяной шкаф у стены. Комната была настолько чистой, что казалось в ней абсолютно никто не живет, либо она предназначена для гостей, редко посещающих дом этой семьи.
На журнальном столике между двух кресел стояла фотография в рамке, достаточно симпатичной женщины лет сорока, а позади несколько фигурных свечей и небольшая ваза с увядающими розами.
— Это моя спальня. Отныне ты будешь жить здесь, таким образом находясь под моим личным присмотром.
— А ты? — непонимающе переспросила я.
— Я же сказал под присмотром. Или ты думала из-за твоих выходок я должен искать себе новое место для ночлега?
— Тут ведь одна кровать!
— И она достаточно просторная, хватит для нас двоих.
Я тут же развернулась лицом к выходу, но Серхио поймал за руку, небольно удерживая выше локтя.
— Я обещаю, что никаких действий по отношению к тебе не совершу, если конечно сама не попросишь. Да и вариантов других нет. Остальные комнаты заняты персоналом и несколько принадлежат моим сестрам. Хоть они и замужем, спальни остались в их полном распоряжении. Так что считай, что своим глупым поступком ты сама себя наказала, мне даже и делать ничего не пришлось.
— Я могу остаться на прежнем месте, кровать же не пострадала, — используя последние аргументы, я все еще надеюсь, что Серхио, таким образом, решил проучить меня.
— Нет, — коротко и без объяснений ответил он.
Сглотнув ком в горле я все же прошла в спальню.
— За этой дверью ванная. Расположение в принципе как и в той комнате, так что не заблудишься.
Я тут же прошла к указанной двери и приоткрыла ее. Второе помещение так же оказалось просторней. На стене перед раковиной висело огромное зеркало в золотистой оправе. У другой стены находилась большая душевая кабина, а рядом белый высокий шкаф.
— Тут нет замка, — сразу же обратила внимание на важный для меня элемент.
— Я знаю, — ответил Серхио, облокотившись о дверной проем и сложив руки на груди.
— Ты же можешь это исправить? — аккуратно переспросила я, намекая, что отсутствие замка для меня является проблемой.
— Могу, но не хочу. Мы же теперь сообщники, по этому будем выстраивать сугубо доверительные отношения.
— Но уборная — это же личное? — не унималась я.
В кармане мужчины заиграл телефон. Вытащив его и взглянув на экран он сбросил вызов.— Привыкнешь! — холодным тоном закончил Серхио. — В общем, мне нужно идти. Ужин скоро принесут. А все свои пожелания можешь записать на листке, позже приду обязательно прочту.
Он вышел и я услышала поворот ключа. И этот человек несколько минут назад говорил о доверии.
Мне начинает казаться, что у него биполярное расстройство. Сначала он прибить меня готов, но при этом позаботился о подругах. И сейчас, после нормального диалога, резко ответил и испарился. Не уверена, что смогу привыкнуть к такому.
Но сейчас меня больше заботит — где я буду спать. Однозначно в одну кровать с этим человеком я не лягу. От одного его вида, у меня колени дрожат от страха.
Взглянув на бордовое кресло, я прикинула, насколько смогу в нем поместиться. С виду оно огромное и мягкое, по этому надеюсь как то втиснуться. А еще больше я надеюсь, что Серхио быстро поймет, как я настойчива и сжалиться, отправив меня обратно.
Как и говорил Серхио, ко мне пришла женщина с подносом еды. На нем было достаточно различных блюд, фруктов и мясных нарезок, но есть совершенно не хотелось.
Я уже несколько дней в этом доме, но планы на дальнейшее будущее мне неизвестны. Стоило бы совладать с эмоциями и спокойно поговорить с мужчиной. Но пока мне тяжело дается. Я либо невыносимо злюсь, либо боюсь до смерти в его присутствии.
И разговор о Насте и Вере так и не к чему не пришел. Но тот факт, что Серхио не скрыл от них правду, наталкивает на то, что он не бесчувственный эгоист, каким пытается казаться с первой секунды нашего знакомства.