Случайно подняв взгляд на окно остановившегося рядом поезда, я почувствовал, что со мною что-то случилось. Я застыл, не в силах оторвать взгляд от девушки, сидящей у окна в соседнем поезде. Вот и она увидела меня и, кажется, вздрогнула. Мы смотрели друг на друга, не отводя глаз. И тут я почувствовал, что наш вагон пришёл в движение. В груди словно что-то оборвалось, в горле застрял комок. Глаза девушки тоже округлились, и она проводила наш вагон расстроенным взглядом. Все движения её лица, чёлка, упавшая на лоб, каждая клеточка на её косынке остались перед моими глазами, как на фотоплёнке. Даже сейчас, закрыв глаза, я могу отчётливо видеть каждую чёрточку на её лице. Однако до сегодняшнего дня я не осмеливался описать словами облик этой девушки. И, наверно, никогда и не опишу. Когда учился в институте, друзья часто спрашивали: «Какое у неё было лицо?», но я не рассказывал. Возможно, я бы и мог словами описать её образ, но я боялся, что упущу какую-нибудь крупицу или маленькую чёрточку на её лице перенесу на другое место и тем самым нанесу урон этой совершенной красоте.
После этого события, приключившегося со мной на соседней станции (да, это было для меня событием, невероятно важным событием), я ощутил, что во мне произошли какие-то перемены. Я начал меньше говорить и больше думать. И на людей теперь смотрел иначе. Мне хотелось делать добро даже совершенно незнакомым людям. Садясь в поезд, я каждый раз проходил через весь состав, словно искал кого-то. Свою маленькую станцию я полюбил ещё больше. Почему-то всё время мысленно сравнивал ту девушку и нашу станцию, мне казалось, что между ними есть что-то общее. Может, просто потому, что я любил обеих, и они обе навеки останутся в моей душе. Одна – как образец красоты природы, вторая – как образец человеческой красоты. Да, да, между ними есть нечто общее – это красота. Летними вечерами я в одиночестве уходил в луга и думал об этой общности, строил умозаключения. Отдаляясь от станции на несколько километров, приходил домой лишь под утро. Мне были приятны эти прогулки наедине с моими мыслями, я получал от них истинное удовольствие.
Вторая встреча оказалась для меня пронизанной глубоким сожалением. Я до сих пор корю себя за тогдашнюю оплошность. Ну зачем мне надо было так далеко уходить от станции?!
В тот день завершились вступительные экзамены в институт. Я настолько соскучился по своей станции, кустам орешника, цветам вдоль железнодорожных путей и гальке между шпал, что, наскоро рассказав родителям городские новости, отправился в своё очередное «путешествие». Ощущая необыкновенную свободу и какой-то особенный настрой в душе, я шагал по нескончаемым шпалам, чувствуя себя хозяином просторов, иногда убыстряя шаг и перепрыгивая шпалы через одну. Сходил на обочину, лишь заслышав ритмичное постукивание поездов…
Я шёл довольно долго. Уже и звёзды погасли, окружающее пространство погрузилось в беловатый свет, похожий на неплотный туман, – близился рассвет. В придорожных кустах завозились какие-то пташки, словно не желая тревожить эту дикую красоту, тихо подул легкий августовский ветер. Из-за поворота показался поезд. Окна вагонов были закрыты, все пассажиры спали. Только в окне последнего вагона виднелась какая-то девушка. По мере того как поезд приближался, всё слышнее становилась песня, угадываемая сквозь стук колёс:
Вагон поравнялся со мной, девушка увидела меня, замолчала и как будто потянулась ко мне, словно хотела выпрыгнуть из окна. Это была Она.
Я в растерянности замахал руками, крикнул что-то, не помня себя. От безысходности в моём сердце будто забил горячий поток. Когда последний вагон проезжал мимо, в мозгу со скоростью молнии пронеслась мысль: этот поезд сделает пятиминутную остановку на нашей станции. Я во весь дух кинулся прямо через лес к своей станции.
Я знал, что не успею, но что-то внутри всё равно торопило меня, в глубине души теплилась надежда: «Может, поезд постоит немного дольше…» Ах, разве такое бывает, когда тебе нужно?! Добравшись из последних сил до вершины Крутой горы, что в паре километров от нашей станции, я увидел, как поезд скрывается за поворотом.
В народных сказках влюблённые герои обычно встречаются три раза. Во время третьей встречи они или воссоединяются, или расстаются навеки. Мы уже привыкли к этому, поэтому наскоро слушаем об их приключениях во время двух первых встреч и ждём развязки на третьей встрече. То ли это суровый закон природы, то ли случайность, но третья встреча и для меня стала последней.