- Ма-а-рк!
Я услышала голос Людмилы и повернула голову ко входу. Женщина стояла в дверях и ошарашенными глазами наблюдала за происходящим.
- Немедленно прекрати! - она закричала ужасаясь. - Немедленно я сказала!
Палач остановился. Уткнулся носом в моё плечо и замер.
Я слышала его тяжелое дыхание, чувствовала вес его тела на себе.
Одними губами, глядя на Людмилу, я прошептала:
- Помогите...
- Маркус! - Лидмила всё ещё стояла в дверях и пыталась докричаться до своего племянника. - Приди в себя! Что ты делаешь?
Я с трепетом вдохнула глубокий глоток воздуха, когда почувствовала облегчение в теле. Мужчина встал с меня, ногами оказался на полу, смерил взглядом и быстрым шагом удалился из комнаты. Он прошел мимо Людмилы, словно не замечая её.
Я подскочила прямо на кровати. Спрыгнула на пол и бросилась в объятья Людмилы, с благодарностями. Хотела сказать спасибо своей спасительнице, но женщина не дала себя обнять. Она протянула руку между нами, это позволяло ей держать дистанцию.
- Я..я лишь хотела сказать спасибо вам. - замерла в нескольких сантиметрах от её ладони. - Если бы не вы...
- Не нужно. - она сверила меня своим строгим взглядом. - Не нужно этого. Запомни, я не тебя защищала, а совесть своего племянника. Будь моя воля, я бы...
Она сжала ладонь в кулак и потрясла им перед моим лицом.
Я отступила.
Щеки обожгли горячие слезы. Я судорожно мотала головой в разные стороны и всхлипывала.
- Да что я вам всем сделала? - не выдержала, повысила севший голос. - Почему вы все пытаетесь уничтожить меня? За что я заслужила это?
На миг я уловила изменения в лице женщины. Её взгляд смягчился, губы слегка приоткрылись.
- Вы говорите, - сквозь истерику я продолжала обращаться к женщине. - Вы говорите, что боитесь замарать совесть своего племянника?! Так вот, не бойтесь! Её у него нет! Только чернота, только чернота внутри вашего племянника! Запомните это! Ваш племянник убийца и насильник!
Хватаюсь за голову. Разворачиваюсь и на ватных ногах плетусь к окну. Опираюсь о подоконник, опускаю лицо в пол. Слезы стекают на белый мрамор, опустошая меня окончательно.
Слышу шаги Людмилы. Женщина подходит со спины и останавливается совсем близко.
- Жизнь делает людей такими. Бездушными, бессердечными... Ты ещё слишком мала чтоб это понять. Ты ещё не познала такого горя, которое сделало бы тебя похожей на моего племянника, на Марка. - Людмила говорила тихо, глядя вдаль окна и уходя куда-то в свои мысли. - И твой внутренний мир, рано или поздно, станет черным. И от тебя ничего не останется...
Наступает тишина. Сквозь боль в грудине я впитываю каждое слово женщины.
Она оправдывает убийцу. Оправдывает человека, который украл чужую жизнь. Да и к тому же не одну, я уверенна в этом.
Я не познала того горя, которое могло бы сделать мою душу черной? Поселить там пустоту? Уничтожить меня изнутри?
Я потеряла всё! На всём белом свете я осталась одна!
Но моя душа всё ещё бела... Сердце в грудной клетке всё ещё стучит...
Но кому в этом доме есть до этого дело?!
- Что вам нужно от меня? Что мне сделать, скажите?! - я говорила не оглядываясь на женщину. - Я хочу вернуться к себе домой... Что мне сделать, чтобы он отпустил меня?
Людмила тяжело дышала, в тишине я улавливала каждый её вдох и выдох. Женщина молчала около пол минуты, но вскоре заговорила:
- Саша, я не знаю что в голове у Марка. Никто об этом не знает... Поэтому, у меня нет ответа на твой вопрос. Скажу одно, веди себя тихо и не провоцируй его. А я, прослежу за тем, чтобы тебе не причинили физического вреда.
Она развернулась и направилась к выходу. Остановилась у двери и добавила:
- Дома тебя ничего не ждет. Тебе незачем туда возвращаться.
О, Господи! Подскажи как мне быть? Подскажи, что этим людям нужно от меня?
Дверь захлопнулась, я вновь оказалась в плену.
Сколько вопросов было в моей голове... Начиная от механизма работы этой двери, заканчивая простым вопросом "Как выжить?".
Что касается двери, я заметила одну странную вещь. Он заперта, изнутри я не могу её открыть, а снаружи она открывается без помощи ключа.
То есть, я говорю о том, что не слышу звук поворотов ключа, дверь открывается, как только нажимается ручка.
Да и что, в самом деле? Какая мне разница?! Даже если я открою эту дверь, и десяти шагов сделать не успею!
Людмила сказала не провоцировать её дорогого племянника, за это она подарит мне физическую неприкосновенность. Позаботится о моём теле...
А что делать с душой? С внутренним состоянием?
Я не хочу быть как они! Я не хочу, чтоб меня сломали!
Но что же я могу сделать? Только молиться!