Следом девушка стала изучать наручники: попыталась вытянуть из них руки, кое-как перевернулась и встала на колени, внимательно изучая металл. Она надеялась, что их можно сломать, хоть как-то вырваться, только с каждой попыткой её руки всё больше болели, а кожа на запястьях краснела всё сильнее.
На глазах Вероники наворачивались слёзы обиды и горечи. Она дёргалась, хлюпала носом и молила бога, чтоб у неё получилось выбраться. Время шло, но наручники и оказавшаяся крепкой спинка кровати остались целы.
Со вздохом девушка остановилась, вытерла мокрые щёки о розовую футболку и осмотрелась.
Простая комната с обоями персикового цвета, одним окном и тюлью с пайетками. В углу неподалёку от окна стоял светло-коричневый стол с лампой и белым кожаным креслом. С другой стороны стоял большой шкаф-купе с огромными зеркальными дверьми, на которых были наклеены сердечки. Простая дверь, большой стеллаж с книгами и разными безделушками в виде статуэток, акриловых стендов с какими-то героями и сухоцветов. Ника ещё раз огляделась и поняла, что вся стена над столом в мелких дырочках.
“От кнопок,” – догадалась Вера и пришла к выводу, что в комнате жила девушка. Возможно, такая же пленница, как и она. Интересно, куда она делась? Противный голосок внутри подсказывал, что с предыдущей хозяйкой ничего хорошего точно не случилось, но девушка отгоняла плохие мысли и искала выходы.
Она ещё раз осмотрела комнату… Вдруг взгляд зацепился за окно – оно было приоткрыто на проветривание! Ника сразу подумала, что шанс на спасение упускать нельзя, поэтому сосредоточилась и заорала во всё горло:
– Помогите! Меня похитили!
Вера замерла, испуганно оглянувшись на дверь. Девушка ожидала, что вот-вот раздадутся шаги, что к ней прибегут, что заставят замолчать. Но ни через минуту, ни через две никто не явился, и она окончательно осмелела.
– Помогите! Спасите! – орала она. – Убивают! Насилуют! Спасите!
Через полчаса, когда голос охрип от бешеного ора, а дыхание сбилось, Вероника устало откинулась на кованую чёрную спинку кровати и прикрыла глаза. Всё, о чём она могла думать: “Неужели меня бросили тут одну? Какой в этом смысл?” Она не подозревала, что её уже ждало наказание за вольность.
Девушка вздрогнула, стоило только двери резко распахнуться. Она испуганно уставилась на мужчину, возникшего на пороге: широкоплечий, высокий, с тёмными зализанными гелем волосами, небольшой щетиной и чёрными как две пропасти глазами. В чёрной рубашке с закатанными рукавами и в таких же брюках. Он сложил руки на груди, не спеша заходить внутрь, и придирчиво осмотрел пленницу.
Только тогда Вера вспомнила, что сидит в розовой широкой футболке и провокационно коротких серых шортах – и щёки моментально запылали. Но девушка выдержала тяжёлый взгляд, намеренно вздёрнула подбородок, показав, что вообще не боится.
Хотя на самом деле представляла лишь худшие варианты развития событий.
– Если вы немедленно меня не отпустите… – уверенно начала девушка и нахмурилась, встретившись с неоднозначной реакцией: вместо ответа на её угрозы мужчина широко улыбнулся. Практически по-звериному, обнажив белоснежные зубы. От этого оскала у Ники холодок по спине пробежал. Только отступать было поздно. – У меня есть хорошие связи, понимаете? Лучше отпустите, и мы разойдёмся мирно.
Фокус не удался. Дрожащий голос и бравада совсем не напугали мужчину, наоборот, заставили зайти в комнату и прикрыть за собой дверь. На свету Вероника смогла полностью рассмотреть своего обидчика. Она сразу же отметила рассекающий бровь глубокий шрам, второй – небольшой и едва различимый – прямо над губой. Руки были увиты татуировками и выглядывали из-под воротника рубашки.
Но самое главное – черты его лица. Достаточно аккуратные, совсем не соответствующие образу того, кто похищает, насилует и убивает. А Ника была уверена, что ждёт её очень незавидная участь.
Она следила за плавными движениями мужчины и всё больше хмурилась. Пыталась вспомнить, где же могла видеть незнакомца. Прокручивала в голове последнюю неделю и натыкалась на несоответствие тех, с кем она сталкивалась. Вообще-то она обладала хорошей памятью на лица и обычно могла определить, где видела человека.
Однако своего похитителя ей идентифицировать никак не удавалось, будто крохотная крупица с воспоминанием постоянно просачивалась сквозь пальцы.
Мужчина тем временем подошёл к окну, выглянул из него и деловито поцокал.
– Ты же понимаешь, что своими воплями могла привлечь ненужное внимание? – тихо уточнил незнакомец. Ему не стоило оборачивать угрозу в страшные слова, Вере хватило лишь этого низкого предупреждающего тона, чтоб понять – такими фокусами лучше не баловаться. По крайней мере, без лишней надобности.