– Отпусти меня, – тихо попросила Вероника. – Я ведь не нужна тебе. Денег от отца не дождаться, в качестве живого щита тоже не пригожусь. Зачем я тебе в таком случае?
Она размышляла здраво, очень взросло, полностью представляя ситуацию. Но не брала в расчёт только один момент: желание самого Дани.
Гранин понимал, что девчонка права. Без неё ему было бы проще скрываться и нападать. Без неё он мог бы легко воплотить в жизнь план мести. И если бы не желание Калашникова убить Веру и отчаянная жажда разрушить этот план, она бы вообще не оказалась рядом с ним.
Он мог бы отпустить её. Мог бы отвезти к ближайшему вокзалу, посадить на поезд и никогда больше не вспоминать.
Но странное чувство не давало ему этого сделать. Желание уберечь дурочку? Или вдруг проснувшаяся похоть по отношению к Вере? Гранин предпочёл считать себя благородным принцем, который спасает глупую принцессу. Просто принц теперь смотрит на принцессу иначе. С совсем неблагородным подтекстом.
Даниил банально не хотел отпускать девчонку.
– Нет, – нахмурился и покачал головой. Разум подсказывал, что нужно пользоваться ситуацией и избавиться от Таловой. Но в этом вопросе мужчина руководствовался чутьём.
– Почему? – взвыла Вера и откинулась на спинку дивана. Гранин к тому моменту уже сосредоточился на продуктах, поэтому полностью игнорировал присутствие девушки.
Веронике ничего не оставалось кроме как тяжело вздохнуть, показав тем самым своё недовольство, и растянуться на диване.
Время тянулось медленно. Глаза Таловой начали слипаться, но она упорно следила за действиями мужчины. Боялась упустить момент, когда удастся сбежать, и одновременно с каждой секундой сильнее убеждалась, что просто так уйти не получится.
Гранин всё так же молчаливо разбирал продукты. Он задумчиво вертел в руках упаковки с крупами и аккуратно раскладывал по шкафам, совсем не обращая внимания, как заинтересованно его разглядывает Вера.
Она наблюдала за мужчиной и старалась напомнить себе, что он убийца. Что стоит держаться от Даниила подальше, а ещё лучше напасть, как только тот расслабится. Талова успела приметить тяжёлую чугунную сковороду, которой можно было ударить похитителя по голове.
Но червяк сомнений сидел в груди и подсказывал, что всё не может быть так просто. Как и всегда.
– Что ты делаешь? – устало уточнила девушка, заметив, как Гранин начинает нарезать кусок мяса, ловко орудуя ножом. Даже под тканью рубашки можно было разглядеть крепкие бицепсы, перекатывающиеся при движении. Рукава были задраны до локтей, открывая вид на витиеватые чёрные татуировки. Про себя Вероника отметила, что рисунки выглядят очень эстетично и определённо подходят их обладателю.
– Готовлю, – глухо отозвался Даня.
– Что готовишь? – не отставала блондинка.
Мужчина протяжно вздохнул. Он не хотел разговаривать с девчонкой, ведь сейчас, когда смотрел на неё, испытывал чувство вины и жгучее возбуждение. Сам не понимал, откуда взялись эти чувства. Даня прекрасно знал, что Асхабов заслужил такой исход – годами своего беззакония и издевательств над ни в чём не виноватыми дурочками. Знал и всё равно не мог забыть испуганный взгляд Веры, когда она осознала всю ситуацию.
Это ещё повезло, что за ними не ринулись в погоню. Люди Асхабовых так растерялись, что даже не подумали об этом. Они погрузили Тимура в автомобиль и на полной скорости поехали в больницу.
Гранин понимал, что с таким ранением не выжить. Максимум пять минут до тех пор, пока человек не скончается от потери крови. Спасти Асхабова могло разве что чудо. Только вот с такими людьми чудес не случается. По крайней мере, Даня на это очень надеялся.
После того, как Вероника всё разглядела и упала на асфальт, внутри у мужчины словно что-то перемкнуло. Он одновременно хотел отмотать назад чёртов момент, чтоб выбросить нож, и в то же время не желал этого делать. И даже по приезду в домик, когда Талова попыталась сбежать, прокляла его и назвала последними словами, Даниил вряд ли бы изменил хоть что-то. Потому что так было нужно, пусть даже блондинка не понимала этого.
Пока что не понимала.
Гранин задался целью донести до неё, что другого выхода попросту не было, и всё никак не находил слова. Скользил взглядом по стройной фигурке на диване и одёргивал себя.
Он мечтал, чтоб Вера провалилась сквозь землю. Особенно после увиденного в примерочной – тот образ навсегда отпечатался в памяти мужчины и постоянно всплывал, стоило ему немного расслабиться.