Однако запомнила его прожигающий насквозь холодный взгляд.
В тот день Вере не получилось договориться, она вообще побоялась подходить к отцу с просьбой – слишком уж он хмурым выглядел. То ли не был рад гостям, то ли на кону стояла очередная серьёзная сделка. Девушка не вдавалась в детали бизнеса, просто жила и старалась не думать об этом.
После Даниил вместе с Калашом появлялись ещё раз в доме Таловых, и ни к чему хорошему это не привело. После их визита у отца Вероники ещё пару дней было отвратительное настроение, из-за чего он поднимал руку на старшую дочь.
И раз уж Вера оказалась в руках помощника одного из местных “бизнесменов”, значит, произошло нечто страшное. Например, началась делёжка территорий. Девушка в такой войне могла быть лишь пешкой.
– Ты меня убьёшь? – прохрипела девушка и тяжело сглотнула.
Вся бравада моментально испарилась, оставив после себя лишь лёгкий флёр удачи. Она ведь практически дёргала тигра за усы своими действиями! На Веронику холодной волной нахлынуло жуткое осознание, насколько близко она подобралась к незримой черте, отделяющей её от конца.
Девушка боялась поворачиваться к застывшему около двери мужчине. Боялась увидеть в них подтверждение её догадки. Только вместо холодного безжалостного согласия Даня бросил:
– Зависит от твоего поведения, красотка.
Мужчина не хотел добавлять это странное “красотка”, оно само сорвалось с языка. Просто решил немного поиздеваться над девчонкой. И та клюнула на приманку, мелко задрожала и процедила сквозь стиснутые зубы:
– Не смей подходить ко мне, понял? Мой отец…
– Что отец? – отмахнулся Даня и улыбнулся. Он наконец достучался до пленницы и надеялся, что она не станет делать глупости. – Твой отец тут не поможет, если ты ещё не поняла. Лучше подумай о том, как самой выбраться из этого переплёта.
– И как выбраться? – в голосе девушки сквозила слабая надежда.
Гранин расслабленно опёрся плечом о дверной косяк, прислонил к нему голову и сверлил тяжёлым взглядом светлый затылок девчонки. Она тряслась как осиновый лист и никак не желала поворачиваться. А если бы обернулась, может, смогла бы заметить лукавство, крывшееся в ухмылке мужчины.
– Если будешь хорошей девочкой, то выберешься через пару недель.
Вера вздрогнула. Ей нестерпимо захотелось обхватить себя руками. Если бы только не наручники, от которых уже заметно покраснели запястья…
– Хорошей девочкой, – эхом повторила блондинка и тряхнула головой, отгоняя навязчивые образы, которые неустанно лезли и смешивались в одну кучу.
– Именно, – подливал масла в огонь мужчина. – Ты же будешь хорошей девочкой?
Этот простой вопрос сломал что-то в Вере. Она пялилась на свои запястья, стянутые металлом, и не могла найти повода для бунта. Теперь перед ней встал выбор: умереть с честью в попытке бегства или пойти на поводу у Даниила.
Вероника решила выбрать всё сразу.
– Буду, – прошептала девушка и прикрыла глаза. Ей было противно произносить это, однако другого варианта она не нашла.
В голове блондинки созрел план: напасть на мужчину, когда тот будет максимально безоружен и не опасен. Например, когда он разденется. Конечно, сама Вера считала план идиотским и очень непродуманным. Вот только с наручниками и в подвале ничего другого она выдать не могла.
– Поешь, – бросил Даня и вышел из комнаты.
– Стой! – закричала девушка, но было поздно.
Она нехотя съела всю принесённую еду, осушила стакан с соком и легла на диван. Всё, о чём она могла думать: когда именно к ней заявится Даниил, чтоб взять её. Силой. И никак не понимала, что же остановило мужчину сделать задуманное сразу. Зачем тянуть? К чему ожидание?
– Хочет запугать? – размышляла вслух Вероника. – Сломать? Ждёт, что я сама ноги раздвину? Вот уж хрен тебе.
Через некоторое время мужчина вернулся с новым подносом, чем немало удивил девушку. Она ждала достаточно жестокого обращения, а не трёхразового питания. Да ещё и приготовлено было очень вкусно, отчего Вера окончательно терялась: неужели сам готовил?
– Принеси каких-нибудь книг, – то ли попросила, то ли потребовала пленница, жадно уминая всё, что лежало на подносе. Она пришла к выводу, что объевшаяся и неповоротливая жертва вряд ли возбудит похитителя.
– Прожуй сначала, – усмехнулся мужчина, взял в руки спрятанный на одной из полок пульт и включил телевизор.