-Я покушаю! – пообещала я, только чтобы она немного успокоилась. – Можно в комнате?
-Конечно! – мама вмиг взбодрилась. – Просыпайся, я пока все приготовлю!
Я только молча кивнула. Она быстрым шагом вышла из комнаты, видимо, чтобы я не успела передумать, и закрыла дверь. Я потерла сонные глаза, помогая себе проснуться и нащупала рукой телефон, который оказался под одеялом.
«Эри, мы все переживаем! Что случилось? Куда ты пропала? Напиши хоть что-нибудь!» - прочитала я новое сообщение от Павловой.
Слабыми пальцами я печатала ответ:
«Я приболела! Всё нормально! Не спала ночь, уснула только под утро, поэтому не писала!»
Едва пришёл отчёт о доставке, как посыпалась новая порция звонков от Кати. Я сбрасывала, пытаясь написать ещё одно сообщение:
«У меня сел голос, не могу говорить!».
«Разве так можно, подруга? Уже Руслан тысячу раз про тебя спрашивал!» - ответила Павлова.
Опять Зарайский.
Я бросила телефон в ноги, не желая ничего отвечать. Хватит без конца о нем. В том, что случилось вчера, где-то глубоко внутри, я винила именно Руслана. Необъяснимое чувство. То во мне просыпалась жалость и я брала в руки телефон, чтобы написать ему, то вдруг я начинала люто ненавидеть его за все, что мне пришлось пережить. Когда люди любят, разве станут они делать больно друг другу? Нет. Они сделают все, чтобы им было хорошо вместе. А с Русланом все выходило иначе. Он делал шаг навстречу, словно проверяя мои чувства, и как только читал в моих глазах взаимность, - отступал назад. Так не может продолжаться всегда. Кому-то надо уйти.
В комнату вернулась мама с подносом в руках, на котором стояли тарелки с нарезанным салатом из огурцов и помидоров, жареная картошка с чесночным соусом, хлеб и зелёный чай. Я осушила стакан зелёного чая и поставила пустую чашку на поднос.
-Ну вот! Перебила себе аппетит! – вздохнула мама, упирая руки в бока.
-У меня его и не было! – хмыкнула я. – Попросила покушать только ради желудка!
-И давно ты стала такая взрослая, что беспокоишься о своих внутренних органах? – она улыбнулась, погладив меня по голове.
Я молча уставилась на еду в тарелках и прислушалась к себе. По крайней мере, тошнить не начинало. И тогда я взяла вилку и принялась за еду.
Мама стояла возле окна, отодвинув штору и высматривая двор.
Признаться честно, стало немного полегче. Настроение все ещё оставалось поганым, но общее состояние заметно улучшилось.
-Ты уверена, что ничего не хочешь мне сказать? – снова спросила мама.
Я ненадолго замешкалась, но все же отрицательно покачала головой. Если я решу с кем-то поделиться своей проблемой, то только с Наташей. Но в этот раз я и ей не спешила звонить. Она непременно будет настаивать обратиться в полицию, а я не собиралась этого делать.
-Тогда, может оставишь баскетбольную секцию? Если ты так сильно устаёшь? – предложила та.
-Пропущу пару занятий! Я не готова окончательно её бросить, тем более во вторник соревнования! – я слегка поежилась. У меня уже закрадывались мысли пропустить их.
Мама отпустила шторку и подошла ко мне, присаживаясь на корточки.
-Я не буду тебя отговаривать! Если ты хочешь участвовать в соревнованиях, значит, тебе действительно это важно! Но я хочу, чтобы ты знала: я делаю все для твоего счастья и благополучия, поэтому меня часто не бывает дома и тебе не хватает моего внимания! Возможно, это моя вина в том, что ты не хочешь делиться со мной своими проблемами! Я, как мама, вижу, что у тебя не все в порядке! – она перевела дыхание и продолжила: – Но что бы у тебя не происходило, знай, я всегда рядом и ты в любую минуту можешь подойти ко мне и обо всем рассказать! Я обязательно тебе помогу!
Я склонила голову к плечу и прикрыла глаза, удерживая слезы. Плакать нельзя. Меня охватывал ужас каждый раз, когда я представляла, что мама может обо всем узнать. И сейчас я снова заелозила в кровати.
-Мам, со мной все хорошо! Я рассказала тебе, в чем проблема! – я попыталась её заверить. – Все мы иногда устаем, не вижу в этом ничего страшного! Перед соревнованиями тренировки становятся интенсивнее, отсюда и взялось моё переутомление!
Она долго и внимательно смотрела на меня, а потом погладила по щеке:
-Я тебе верю! Отдыхай, доченька!
Я улыбнулась и проводила её взглядом, когда она выходила из комнаты.
Я запрокинула голову назад и уставилась в потолок. Что же теперь делать? Звонить Руслану с просьбой о помощи? А может, будет лучше прислушаться к угрозам того парня и отойти от Зарайского на безопасную дистанцию?
«Открой глаза, Эри, вам никогда не быть вместе!» - шептал внутренний голос. Или это от страха?
Да нет же! Не прошло и недели, как он расстался с Алиной, и уже вчера флиртовал с её лучшей подругой. Не со мной ведь! А ведь Иванцов был прав: я всего лишь любимая игрушка Руслана. Он не беспокоится о том, что у меня случились неприятности, он переживает за себя. Ему просто стало скучно.