-Привет, малая! Как ты себя чувствуешь? – ласково спросил тот, заглянув в мои глаза.
Я натянуто улыбнулась, но вышло что-то похожее на усмешку:
-Ну если улыбаюсь, значит, все отлично!
Запах его парфюма вперемешку с ментоловой жвачкой донесся до носа и я нарочито перевела заинтересованный взгляд на настенные часы, чтобы отвлечься от назойливых мыслей поддаться на его нежности.
Зарайский поставил руки по обе стороны от меня:
-Говорят, если человек много улыбается, значит он пытается скрыть от посторонних глаз всю боль и переживания?
Обида на него и Юлю настолько поглотила меня, что я не проронила ни слова в ответ.
-Как думаешь, это верное утверждение? – мягко переспросил Руслан.
Я не удержалась и снова повернула к нему лицо:
-Сегодня мне получше, чем вчера!
Его глаза засияли от того, что он все-таки смог добиться от меня правды.
-Послушай, сегодня вечером мой отец уезжает с друзьями на корпоративную вечеринку, и они попросили меня посидеть с их сыном. Люди серьёзные, отказывать неудобно, а малой – тот ещё засранец. Не хочешь составить мне компанию? – вдруг предложил Зарайский и спустя пару секунд добавил: - Я слышал, дети неплохо отвлекают от дурных мыслей и переживаний?
Предложение показалось мне заманчивым, но я не торопилась открывать ему все карты.
-Я составлю тебе компанию, но только потому, что ты вчера спас мне жизнь! – я надменно вскинула брови, будто говорила о чем-то обыденном, например, об одолжении ручки.
Руслан издал нервный смешок, а затем выпрямил спину и сложил руки на груди:
-То есть, за твое спасение я мог попросить больше?
-Теперь уже нет! – резко обрубила я. – Посидеть с ребёнком – большая ответственность, поэтому мы останемся квитами!
-Ну да, конечно! – Зарайский наигранно закивал головой. – Большая ответственность…
К нам подошли остальные и мы замолчали.
-Скоро начнётся урок! Пойдём, Эри? – позвала мня Катя.
-Идите, я догоню! – попросила я.
Они обвели нас ехидным взглядом и направились к лестнице, ведущей на второй этаж.
-Я подойду к твоему дому в шесть вечера! – Руслан расстегнул куртку и достал телефон из внутреннего кармана.
-Я вполне могу добраться сама! – возразила я.
-Никто не сомневается, но будет лучше, если я тебя встречу! – настаивал тот на своём.
Я ненадолго замешкалась, но все же согласилась:
-Ну если так будет лучше…
-Кажется, я говорил, что не стоит пренебрегать своей безопасностью! – серьёзным голосом напомнил Руслан.
-Ты прав! Тогда до вечера? – я не стала спорить, и вообще, старалась сохранять нейтральную позицию, хотя внутри уже все напряглось от его неожиданного предложения.
-До вечера… - буркнул тот и, как мне показалось, остался чем-то недоволен. Я развернулась и посеменила за девочками, которые уже скрылись из виду.
Первые уроки, пребывая под впечатлением от предложения Зарайского, я витала в облаках, но, на удивление, я смогла сосредоточиться и написать контрольную по математике. На перемене девочки подробно расспрашивали меня о нашем разговоре, но я с непринужденным видом сказала, что мы обсуждали с ним репетиции. Мой ответ их не удовлетворил, но любопытство поубавил. Я с осторожностью наблюдала за реакцией Юли, когда мы обсуждали Руслана, но она вела себя как обычно. Во всяком случае мне так казалось.
Сегодня я ни на одной из перемен не встретила Алину и это меня немного насторожило. Хотя, если бы что-то случилось, то об этом бы уже знала вся школа.
Днём мне так и не удалось немного поспать. Я сделала уроки, прибрала комнату, выбросив весь ненужный хлам, и наткнулась на его письмо, которое он оставил на столе перед Новым годом. Я развалилась в кресле и ещё раз перечитала строки, ещё больше запутываясь в его намерениях ко мне. Что он имел ввиду? И почему резко изменил свое мнение?
Я посмотрела в окно, повторяя про себя его стихотворение. Вдруг это очередная игра, цель которой подпустить меня ближе, а потом снова разбить мои чувства?
Неприятная догадка вызвала холодок по спине и я невольно поежилась. Не настолько же я дура, чтобы так ловко попасться в его сети? Но и казаться с ним равнодушной – непосильная для меня задача.
Я всерьёз задумалась отказаться составить ему компанию, но потом вспомнила зачем вообще согласилась и решила испытать себя на прочность. В конце концов, мы будем не одни, а с ребёнком, и это обнадеживает.
Перед тем, как уйти, я позвонила маме и предупредила, что пойду посидеть к подруге, и мама не стала возражать. Я открыла шкаф, соображая, что надеть, и остановила свой выбор на белой обтягивающей футболке, заправив её в широкие джинсы. Волосы я оставила распущенными, только слегка взъерошила их и зафиксировала лаком. Напоследок, я одолжила мамины духи с божественным запахом жасмина, натянула кроссовки и куртку, и ровно к шести часам вышла из дома.