-Выключи уже его на хрен! – буркнул рядом мужской голос. Баритон вывел меня из сладкой дремоты похлеще мощной музыки, установленной на сигнал будильника. Я распахнула глаза и обернулась. Рядом под одеялом, моим одеялом, лежал Зарайский с прикрытыми глазами, засунув руки под подушку.
-Какого черта ты здесь делаешь, Руслан? – встрепенулась я, судорожно оглядывая свою одежду, в которой улеглась спать с вечера. Все та же длинная футболка, правда, уже без бюстгалтера. Зарайский же, в отличие от меня, спал в одних трусах.
-В твоей кровати или в доме? – сонным голосом переспросил тот, не открывая глаз. Я приподнялась на локтях, в панике вспоминая события вчерашнего вечера, но если мне не изменяет память, между нами ничего не могло быть.
-Вчера ты уснул в моей комнате! Как ты оказался рядом? – я натянула одеяло повыше, невольно прикрываясь от него.
-Я сплю чутко, встал попить воды и…- Зарайский перевернулся на спину, обнажая торс, - подумал, что так тебе будет спокойней, если вдруг ты проснёшься ночью!
Я пригладила волосы, которые растрепались после сна. И вообще уже начинала приходить в бешенство, ведь ему ещё не доводилось видеть меня в таком виде: сонную и не накрашенную.
-Если бы я проснулась ночью и увидела тебя, то ты бы в ту же секунду отправился спать на пол, Зарайский! – процедила я сквозь зубы. Ну зачем я согласилась на его предложение ночевать у меня дома?
-Уверена? – хмыкнул тот, поворачивая ко мне голову. Впрочем, мне тоже впервые довелось увидеть его такого сонного, но таким он казался ещё милее, чем обычно.
-Абсолютно! – монотонно подтвердила я, озабоченная своим внешним видом.
Руслан развернулся ко мне и приподнялся на локтях:
-Поэтому всю ночь ты прижималась ко мне, пытаясь согреться?
Ничего не помню. Что за бред он несёт? Как я могла прижиматься к нему, не зная, что он рядом?
Но и такие мысли не спасли от румянца, появившегося на щеках.
-Пойду приготовлю что-нибудь! – я сделала попытку уйти от ответа и ненужных обсуждений подробностей совместного сна.
Я свесила ноги с кровати и вспомнила, что под футболкой ничего нет. Кроме нижнего белья, разумеется.
-Чай или кофе? – я обернулась в пол-оборота, соображая на ходу, как прикрывать свою пятую точку от его заинтересованного взгляда.
-Кофе, Эрика! Кофе! – тот открыто насмехался над моей растерянностью, а я только ещё больше смутилась, что не могло не отобразиться на моем лице в виде замешательства.
Он заново развалился в кровати. Его совсем не смущал обнажённый торс, который он демонстрировал мне впервые в такой обстановке.
Я быстро подскочила и, одергивая длинную футболку, поспешным шагом отправилась в свою комнату, закрывая за собой дверь на щеколду, вмонтированную отцом по моей просьбе.
Я подскочила к зеркалу, впопыхах оглядывая свое отражение. Слегка взъерошенные волосы, полоса на лице от подушки и алые, можно сказать багровые щеки от стыда, который я только что испытала. Я натянула на себя шорты и бюстгалтер, поглядывая на наручные часы, чтобы не опоздать в школу. Ветер в мыслях навеивал сомнения по поводу чувств Руслана. Разве может влюблённый человек так уверенно вести себя в компании объекта симпатии, оказавшись с ней в одной постели?
Выходит, он воспринимает меня как подругу, зная, что между нами ничего не будет?
Я загнала себя в угол за считанные секунды, окончательно испортив себе настроение. Доброе утро стало мрачным и желание выходить на кухню испарилось. Руслану не составит труда прочитать мои эмоции и отпустить в мой адрес пару тройку фраз, подпитанных сарказмом.
Кое-как я поборола свое паршивое настроение, испорченное своими же доводами, и направилась на кухню готовить завтрак. Музыкальный канал немного привёл меня в чувство красивым клипом и я сумела отвлечься. Спустя пять минут на пороге нарисовался Зарайский со спрятанными руками в карманах спортивных брюк. Благо, что он догадался надеть футболку, чтобы не добить моё болезненное воображение.
Я молча поставила перед ним кофе и села на диван, уткнувшись в свою чашку с чаем и помешивая сахар, который даже не положила.
-Ты такая милая! – тот первый нарушил тишину, не считая музыки на заднем фоне. - Когда молча трапезничаешь, притворяясь застенчивой девочкой!
Ударение на первый слог в слове «трапезничаешь» разрезало мой слух и я дала волю всему, что накипело за эти дни.
-Трапезничаешь! – грубо поправила я, выделяя второй слог. - Ты неправильно поставил ударение в слове! У тебя проблемы с русским?
-А то ты не знаешь? – тот скептически сощурился. - Обойдёмся без едких замечаний!
-Думаешь, обойдёмся? – съязвила я. Зарайский глянул исподлобья и я уже приготовилась к словесной атаке с его стороны, но тот только отставил чашку и враждебно сложил руки на груди: