Рисовал! - мне словно кто-то отвесил подзатыльник.
Идиотка, ну правда. У него единственного ты была дома, ночевала даже, и не было там ни цветов, ни кукол, похожих на горожан. А если сомневаешься... вот иди сейчас и влезь к нему в окно. Если Халле не будет, а на столе найдешь какой-нибудь кактус...
**
Халле
Он услышал визг за окном, кинулся посмотреть, увидел среди снега и грязи два пятна - белое и охряное. Пальто Майи! Дернув оконную раму, перемахнул через подоконник, упал, ударившись коленом. Зашипел от боли - и услышал ответное шипение. На него смотрели два диких глаза, прозрачно-мутные, будто ледяная корка над лужей.
Зверь, про которого говорил Магнус. Про которую.
И она приподнялась, потянулась к нему. Сейчас она была размером не с овчарку, а с небольшого медведя.
Халле оцепенел, а в голове наблюдатель с любопытством оценивал: хм, настоящая... и вправду совсем незнакомая тварь, такие-то уши, такие-то лапы...
Охряное пятно поползло в сторону, ко входу в дом. Кажется, Майя серьезно не пострадала - во всяком случае он крови не видел. Седая тварь отвернулась от Халле и прыгнула, тяжело, с виду лениво. Но Халле еле успел - не дотянуться до Звери, не закрыть Майю, только бросить камнем в круглую голову.
Попал.
Зверь не рычала, не злилась, не била хвостом, она казалась безразличной к своей жертве, даже к тому, что нападает сейчас. У нее были льдистые скучающие глаза, и сейчас она смотрела на Халле.
Потом оставила Майю и медленно пошла к нему.
Но жутким было не это - от Звери исходил странный, едва уловимый шелест, напоминающий что-то, не листву, не бумагу.
...Убегать? Она быстрая. Драться? Смешно. "Звери нет дела до своих... если те не собираются покинуть Долину?"
В голове возникла невесть где слышанная считалочка:
"Хочешь, котик, молоко?
Нам до дома далеко,
Ждет нас долгий-долгий путь.
Здесь налево повернуть,
Через речку видишь мост?
Я поймал тебя за хвост!"
Он ничего не сделал, остался на месте. Зверь не трогает местных? Сейчас он это узнает. Прятаться было негде, и по привычке он нырнул в свой многомерный лабиринт, почти не осознавая, что в нем нет стен, да и не существует такого в реальности. Зато он понятен и безопасен, он не вцепится в глотку, лабиринт - его собственное создание... Закрыл глаза и представил стеклянные уровни, горящую подвижную точку. Сперва та не двигалась, потом удивленно шевельнулась - и заскользила, быстрее, быстрее. Халле слился с ней, двигал ее уверенно, как никогда раньше, и краем сознания ощущал, как горло щекочет шерсть, жесткая, словно проволока, и холодная. Ощутил запах - сырой грязи и металла, будто поздней и сырой осенью попал в ангар со старыми машинами. Откуда такой образ?
То ли шерсть, то ли усы двигались по горлу, по подбородку, но ничего больше, зверь не кусала. Лишь когда он отвлекся на картинку с ангаром, зарычала глухо, утробно - и он вновь вцепился мысленно в желтую точку, вел ее мимо острых выступов, над провалами в невидимом полу, быстро, сам не зная куда, но - наружу.
Лишь когда исчез слабый запах, исчезло прикосновение, и всхлипнула Майя - совсем забыл про нее - открыл глаза.
Девочка сидела в луже, юбка лежала ровными складками, словно расправленная нарочно.
Снежинки продолжали сыпаться с ясного неба, словно все еще оседали шерстинки Белой Звери.
- Ты не ранена? - Халле нагнулся над ней, помогая встать.
- Нет.
- Идем.
- К тебе? Или к Магнусу?
- Ко мне, конечно - вот он, дом.
- А к нему безопасней, - одними губами сказала Майя, и он почему-то поверил. Но все равно сказал:
- Нет, это не его дело.
Магнус единственный знал про белую тварь, знал и молчал - может это и мешало обратиться хоть за советом.
- Пойдем уже...
- Нет, - равнодушно - с таким же выражением смотрела зверюга - сказала Майя. Добавила очень задумчиво:
- Интересно, она хотела лишь напугать? Так быстро ушла отчего-то. Могла ли убить - тебя, или меня?
И вдруг усмехнулась, треснула ледяная корка, на миг выпустив прежнюю несносную девчонку:
- Ты бы себя видел! Я думала, ты умер уже, и стоишь по случайности. Знаешь, бывает такой столбняк...
- Почему? - спросил, сам удивившись спокойствию в голосе. Видимо, и его Белая Зверь заразила.
- Ты цветом стал, как она, и лицо неживое. Такое, словно из пенопласта, манекены и те больше на человека похожи.
- И все-таки пойдем наконец, - взял за холодные пальцы, потянул за сбой.
- Я к тебе не пойду.
- Почему?
- Тогда я вообще не смогу выйти - буду бояться. Пока под открытым небом я хоть вижу, есть она или нет.
- Просушишь пальто, потом я тебя отведу. Выйду первым, если хочешь.